Главная 16 Женские штучки 16 Звезда тайных желаний

Звезда тайных желаний

Жил-был на свете мальчик, у которого была короткая память. Он очень многое забывал.

Оно только что произошло – а он уже забыл. Надо что-нибудь сделать – а он не помнит. И хорошее забывает, и плохое.

Иногда даже жить забывает!

У него была хорошая, заботливая мама, которая напоминала ему, когда одеваться, когда завтракать, когда играть. Даже когда надо жизни радоваться – и то напоминать приходилось!

Очень беспокоилась мама за своего мальчика. Думала: вот вырастет он, и как будет жить с такой короткой памятью?

Кто же ему на работе все напоминать будет – когда разговаривать, когда трудиться, а когда обедать? А когда свою семью заведет, детишек народит – кто ему напоминать будет, кто сыночек, а кто доченька, и когда у них дни рождения?

Вот мама спрашивает сына:

— Мальчик мой дорогой, ну как же ты без меня жить-то будешь?

А он ей отвечает:

— Зачем без тебя? Я всегда с тобой буду жить!

— Нет, дорогой, так нельзя! Все мальчики когда-нибудь вырастают и становятся мужчинами.

— А я тогда не буду расти! Я по-быстренькому поживу, немножко совсем, а потом умру.

Маму эти речи пугали: ей вовсе не хотелось, чтобы ее мальчик умирал. Ей хотелось, чтобы он жил долго и счастливо.

Она его и убеждала, и уговаривала, и хвалила, в общем, по-всякому поддерживала – но все не так, все не впрок. Ведь у мальчика была короткая память!

Она ему рассказывает, какое у него светлое будущее впереди, какой он хороший и умный, он послушает – глядь, а через полчаса уже все позабыл.

И однажды мамочка не выдержала. Поздно ночью, когда сыночек уснул, вышла она из дома, посмотрела на небо звездное и взмолилась:

— Если там кто-нибудь есть, откликнитесь! Расскажите мне, что происходит, почему у моего сынули память короткая?!

Почему он жить не хочет, а хочет умереть. Помогите хоть кто-нибудь, пожалуйста.

Научите, как сыночку помочь, а я на все готова.

И такой силы и чистоты было ее намерение, что мигом оно до звезд долетело. И скатилась к ней с неба Дежурная Звезда.

Если кто не знает, так Дежурные Звезды всегда на нас смотрят, желания наши улавливают. Если желание сильное и бескорыстное – Дежурная Звезда его улавливает и на помощь приходит.

— Здравствуй, женщина, чем могу тебе служить? – спросила Звезда.

— Сделай так, чтобы мой любимый сынок стал уверенным в себе, жизнерадостным и прогнал прочь все свои страхи. Вот и все, о чем прошу…

— Я этого сделать не могу, я – всего лишь Дежурная Звезда, — ответила ей Звезда. – Я не могу, а вот ты – можешь.

— А как? Каким путем?

Я уже много чего пробовала, ничего не помогает.

— Есть один верный путь. Звезда Тайных Желаний называется. Только она находится По Ту Сторону Тьмы.

Если не побоишься, ступишь на нее, пройдешь этот Путь от начала до конца – даст Бог, и ребенка излечишь, и сама успокоишься.

— Я согласна, согласна! – взволнованно закивала мамочка.

— Не торопись. Я должна предупредить, что там и страшно будет, и опасно. Придется тебе встретиться с Тьмой и преодолеть ее.

А самое страшное – увидеть Голую Правду. Страшнее этого ничего не бывает.

— Но я… А я смогу? – засомневалась мамочка. – Я же никогда звездными путями не ходила…

— А вот решать надо прямо сейчас, — сказала Звезда. – В следующий раз твой зов может просто не долететь до Неба. А если у тебя сомнения есть – лучше и не пробовать. Одолеть этот Путь не просто.

Если в тебе веры нет – погибнешь, разобьешься.

Мамочка прислушалась к себе и твердо ответила:

— Есть. Есть у меня вера!

И все я готова ради моего сыночка вытерпеть и вынести, любой дорогой пройти. И даже эту вашу Голую Правду увидеть – тоже не побоюсь! Одно только тревожит: как же сынуля тут без меня, у него же больше нет никого…

— А сынок твой спать будет, пока ты не вернешься.

— А если я никогда не вернусь? Он же погибнет!

— А он так и так погибнет, — сказала Дежурная Звезда. – Что с тобой, что без тебя – жить-то он все равно не хочет. Так что решай!

— Я готова, — решилась мамочка. – Будь что будет, а я хотя бы попытаюсь.

Дежурная Звезда подставила ей лучик, мамочка ступила на него – и Звезда стремительно вознесла ее на небо, к тому месту, где кончается Свет и начинается Тьма. Там горела тусклым светом одинокая Звезда.

— Это Звезда Тайных Желаний, — на прощание сообщила мамочке ее провожатая. – Первая звезда по Ту Сторону Тьмы. Ну, я возвращаюсь на дежурство, а ты теперь дальше – сама.

— Спасибо! – успела крикнуть ей мамочка и огляделась. Она была на странной звезде.

Здесь все было усыпано-усеяно какими-то обломками, обрывками, странными незаконченными конструкциями… Наверное, так выглядели недодуманные до конца или несбывшиеся желания. Но невдалеке она заметила вполне узнаваемое строение – телефонную будку.

К ней она и двинулась, осторожно обходя острые предметы, ямы и нагромождения.

Телефонная будка была ничего себе, очень даже современная. И телефон имелся, и трубка не была оторвана.

Только на диске не было цифр – гладкий и блестящий. И как по нему звонить? И кому, главное?

И тут этот самый телефон зазвонил. Мамочка вздрогнула от неожиданности и огляделась – вроде бы как никого живого в окрестностях не наблюдалось. И тогда она с опаской сняла трубку и сказала: Алло…

— Назовите причину прибытия! – приказал механический голос из трубки.

— Здравствуйте, меня зовут…

— Назовите причину прибытия…

— Понимаете, у меня сын…

— Назовите причину прибытия…

— Мой мальчик не хочет жить…

— Назовите причину прибытия…

— Я хочу, чтобы мой мальчик жил. Радовался жизни и был успешным. – изо всех сил крикнула в трубку она.

— Запрос зарегистрирован… Запрос зарегистрирован… Ждите ответа… Ждите ответа…

Мамочка перевела дух. Было ей тревожно и неуютно. И этот голос!

Неживой, равнодушный. Хотя – кто его знает, как тут все устроено, По Ту Сторону Тьмы.

Через какое-то время телефон ожил.

— Идите туда – не знаю куда. Ищите то – не знаю что.

— Куда идти? Что искать? – завопила мамочка, но телефон уже умолк – только короткие гудки пищали.

Мамочка вышла из будки и заплакала. Ну вот, оказалась бог весть где, да еще шутки дурацкие от какого-то автоответчика.

Но слезы скоро иссякли: пожалеть все равно было некому, какой смысл тогда и плакать?

И она побрела куда глаза глядят – согласно инструкции. Иду туда – не знаю куда. Ищу то – не знаю что, — бормотала она, пристально вглядываясь в залежи всякого хлама.

И вдруг впереди что-то блеснуло – да так, что она зажмурилась. Туда и пошла. Вскоре она увидела, что внимание ее привлекло треснутое зеркало.

Большущее такое, стояло, прислоненное наискось к какому-то обломку скалы. Она глянула в зеркало – и отшатнулась.

Оттуда на нее смотрела старуха – страшная, седая, изможденная, с полубезумными глазами, такая, что и в страшном сне не приснится.

— Не падай в обморок! – оскалила зубы старуха в подобии улыбки. – Что, себя не узнаешь?

— Я не такая! Это не я! – в ужасе отпрянула мамочка.

— А я – твоя оборотная сторона, — заявила старуха. – Мы ж По Ту Сторону Тьмы, а здесь все шиворот-навыворот.

— Ну, раз так, тогда ладно, — постаралась взять себя в руки мамочка. – Хотя все равно страшно…

— Ты бы и стала такой в конце концов, если бы вовремя с иглы не соскочила, — утешила старуха.

— Что вы такое говорите? – опешила мамочка. – Что значит с иглы? Да я никогда на ней не сидела, я вообще никогда эту мерзость не пробовала.

— Даааа? – издевательски протянула старуха. – Да ты этой мерзости выше крыши нахлебалась! От мужа!

Скажешь, нет?

— Не скажу, — чуть помедлив, через силу признала мамочка. – Мерзости я нахлебалась, это да. Ну так это он наркозависимым был, не я…

— А ты была нарко-со-зависимой, — сообщила старуха. – Сама такого в жизнь привлекла. Он себя топил, ты его спасала, так и жили.

— А как еще? Он же муж мне был, отец моего ребенка, — стала оправдываться мамочка. – Ребенку нужен отец…

— А чего тогда разошлась? – усмехнулась старуха.

— Сын попросил, — неохотно вспомнила мамочка. – Он такого в детстве насмотрелся, не приведи Бог никому! Сын, сыночек, он сам, ему тогда и четырех еще не было, сказал мне: Мама, мамочка, давай уйдем от папы и будем жить вдвоем!.

Тогда я и решилась.

— Стало быть, трехлетний ребенок на себя такую ответственность принял? Рано, раненько ему стать взрослым пришлось, — ядовито прокомментировала старуха. – Не было у него, значит, на тебя опоры…

— Ох и жестокая ты, — подивилась мамочка. – Наотмашь бьешь.

— Я – это ты, — напомнила старуха. – Ну, а на отца у него была опора? Как думаешь?

— Да какая там опора, — передернулась мамочка. – Наркоман, этим все сказано. Не хочу даже вспоминать.

— Небось, не раз ему смерти желала, да?

— Никогда я ему смерти не желала, вы что! – возмутилась мамочка. – Я не зверь! Нельзя живому человеку смерти желать, какой бы он ни был!

— Ага. Верю. Но так-то вот думала хоть раз: Уж лучше бы тебя вообще не было?

Или хоть бы ты сгинул куда-нибудь подальше, и не видеть тебя? Или хоть провались ты!?

— Думала, — призналась мамочка. – И не раз думала.

— А это и есть пожелание разрушения, то есть смерти, — подсказала старуха. – Тайное твое Желание…

— А вы бы смогли сохранять равновесие и спокойствие, живя с наркоманом? – запальчиво вскинулась мамочка.

— Я и не смогла, — пожала плечами старуха. – Ты чего, забыла? Ведь я – это ты… Только ты вовремя соскочила, а я – нет. И вся моя жизненная энергия улетела в Черную Дыру.

И его не спасла, и себя иссушила.

— Ладно, Бог с ним, — устало сказала мамочка. – Что сейчас об этом. Мне о сыне думать надо. Велено идти туда – не знаю куда, искать то – не знаю что.

Не подскажете направление?

— Верной дорогой идешь, милая, — хохотнула старуха. – В прошлое, в прошлое! Там все разгадки. Вот меня нашла – уже часть дела сделана.

И я тебе вот что скажу: сын – это часть отца, его плоть и кровь, как ни крути. Желая мужу смерти, ты и на сына ее тень набрасываешь.

Даже если любишь больше жизни!

— И что делать? – помертвела мамочка.

— Прощения просить за то, что вольно или невольно смерти пожелала. Задним числом, — посоветовала старуха. – Даже если человека уже на свете нет – он услышит, поймет, примет, и освободишься ты от этой незримой связи.

— Спасибо. Куда мне теперь? – спросила мамочка.

— Твой компас – душа, — ответила старуха. – Она подскажет. Она всегда подсказывает.

Только мы ее слушаем редко.

— А как же вы? Так здесь и останетесь?

Может, вам помощь какая нужна? – спохватилась мамочка.

— Благодарствую, что предложила. Да только мне уже ничего не нужно.

Я давно умерла, — ответила старуха.

И зеркало, лопнув, с треском разлетелось на тысячи мелких осколков. Мамочка зачем-то подобрала один из них и положила в карман.

Так, на память.

Звезда тайных желаний

И двинулась она дальше. Душа ничего такого особенного не подсказывала, так что шла мамочка просто так, где поровнее. И вскоре почувствовала гнусный запах – как будто тухлые яйца смешались с дохлыми кошками.

Хотела было повернуть, обойти, но тут душа голос подала: Нет, прямо! Туда иди, туда!. Мамочка не стала кочевряжиться, пошла прямо, и вышла она к какой-то яме, до краев наполненной не то грязью, не то еще чем похуже.

На поверхности то тут, то там плавали какие-то кочаны и сучья.

— О господи! – ахнула мамочка, присмотревшись. Вовсе не кочаны и сучья это были – головы и руки.

На звук все головы завертелись, увидели ее, руки-сучья протянули, и сразу началось:

— Спасиииии…. Помогиииии…. Протяни руку помощи… Аааааа….

Погибааааем….

— Сейчас, сейчас, — заволновалась она, выискивая глазами какую-нибудь жердину. Нашла, кинулась, протянула ближайшему.

Он ухватился, полез было, но быстро обмяк и повис.

— Не могу… Сил нет… Руку дай! Дай руку!

Она, не раздумывая, дала ему руку – и вмиг оказалась в зловонной жиже.

— Я так и знал… Ничего меня не спасет… — безнадежно проговорил залепленный грязью кочан, и она, холодея, узнала в нем собственного мужа, с которым давным-давно рассталась и встречаться вновь вовсе не горела желанием.

— Как это получилось. — проговорила она, отчаянно бултыхаясь и нащупывая ногами дно.

— Соскользнула… Скользко здесь, — объяснил он.

— Сейчас… Погоди, я нащупаю почву под ногами, выберусь сама и помогу тебе, — пообещала мамочка.

Она с трудом, кое-как, выкарабкалась на бережок, вся заляпанная противной вонючей1 грязью, и снова протянула ему жердь. Муж ухватился, побарахтался и снова попросил:

— Нет, самому не выбраться… Руку, руку дай!

На этот раз она была начеку, и когда почувствовала, что он расслабился и повис, попыталась выдернуть руку. Но он уцепился намертво и тянул, тянул ее вниз. Словно в фильме ужасов, он стал выпускать щупальца и оплетать ее руку.

Ноги скользили по глинистому берегу, и она вновь скатилась бы, но рука сама нащупала в кармане осколок зеркала. Утянет, как Старуху в Черную Дыру, — мелькнула паническая мысль. Она выхватила и не глядя полоснула по ближайшему щупальцу.

Муж вскрикнул и отпустил. Она отскочила на несколько шагов, тяжело дыша.

— Ты зачем меня за собой тащишь? – крикнула она. – Я же тебя наверх тяну! Ты сюда лезь!

— Не могу, — апатично отозвался муж. – В ломы мне напрягаться… Вроде настроюсь вылезти – а там ветер, холодно, тревожно как-то. А тут – тепло, спокойно.

Ну, у меня мышцы сами и расслабляются.

— Но там же грязь, вонь! – с отвращением воскликнула она. – Здесь хоть движение воздуха какое-то. Ветер перемен!

— Дура ты, не понимаешь! – вдруг впал в ярость он. – Да от этой вони знаешь какие видения бывают. Я в них герой, я красавец, я повелеваю мирами, я могу летать! А ты там, наверху, можешь?

Фиг ты можешь!

— Но погоди… — растерялась она. – Не злись, пожалуйста!

— Какого черта не злись, если ты меня бесишь. Да на фига мне твой ветер перемен, от него одни неприятности!

Там, наверху, все время надо куда-то идти, чего-то делать, и везде опасности, я туда не хочу, мне страшно, я буду сидеть здесь, тебе понятно.

— А зачем ты руку дать просил. – крикнула она. – Ты же сам меня просил помочь.

— Ну, просил, — снова обмяк он. – А вдруг? Ты мне нужна… Здесь так одиноко… А ты… ты одна меня понимаешь.

Накормишь… Напоишь… Пожалеешь… Мааааамочка!

— Я тебе не мамочка, — холодно сказала она. – Я нашему сыну мамочка. Я его спасать буду. А ты… Захочешь – выберешься.

Найдешь способ. Мышцы, например, потренируешь.

Или силу воли. Но себя я утянуть на дно не дам, и не надейся.

Так что не распускай щупальца, понятно?

И вдруг муж посмотрел на нее трезвыми глазами, полными такой боли, что она замерла.

— Спаси хоть его, если сможешь, — тихо сказал он. – У него тоже с силой воли проблемы, я ж отец, я по наследству передал. Он такой же, как и я.

— Неееет! – закричала она.

— Да, — еще тише, но очень твердо сказал муж. – Если ты разгадаешь, в чем тут загвоздка, сможешь защитить его от грязи, тогда он найдет другой путь и минует это болото. Если же нет…

— Я смогу, — сказала она. – Если уж я здесь – то у меня точно получится. Вот увидишь.

— Ты всегда была сильной, — с некоторой завистью сказал он. – И от этого я себя чувствовал еще больше никчемным и ущербным. Прости меня.

Прости. Я такой, какой есть.

Я просто слабый. Во мне жизненных сил не хватает — выбраться.

И не пытайся больше меня спасти. Я не выбираю жизнь, она страшная.

А вы – живите. Держи!

И он бросил ей на берег что-то мелкое, оно упало к самым ногам и звякнуло. Она нагнулась, подняла – кольцо… Обручальное кольцо.

Она вскинула голову – но мужа уже не было, только пузыри шли по поверхности.

Она не плакала – лицо закаменело, только кольцо сжала в кулаке так, что ногти впились в ладошку. Она смотрела на другие кочаны, которые продолжали плавать в грязи, а потом спросила:

— Люди! Расскажите мне – что это за грязь?

Почему вы в ней оказались?

— Это память рода, — зашелестели голоса со всех сторон. – Это обиды, претензии, проклятия, преступления против Любви. Это гнев и зависть, это ревность и боль.

Это то, что накопила родовая память. Слишком много грязи… Давит, пачкает, засасывает, убивает, не отпускает… Она глубоко внутри… Тяжелая… Слишком много, нам не выбраться…

— Чем я могу вам помочь? – крикнула она.

— Полюби нас такими, какие мы есть. Пойми нас! Мы старались, мы просто не смогли… Не хватило сил… Прощай… Прощай… Мы просим – прощай…

— Я люблю вас! – крикнула она. – Вы не виноваты. Это же копилось много поколений.

Этого слишком много – для одного человека. Я прощаю! Прощаю!

Прощаю! Мужа! Сына!

Себя! И всех вас!

За всех нас! За все, что мы натворили!

И вы тоже – прощайте! Прощайте!

— Прощаем… Прощаем… Оставь нас… — шелестели голоса. – Нам не нужна жизнь. Нам нужен покой… А ты уходи туда – к живым.

Ты там нужна.

И мамочка кинулась со всех ног, рыдая, на ходу шепча молитву за всех непростивших, и запутавшихся, и проклинавших, и убивших любовь, и не справившихся со страшным бременем родовой памяти… За тех, кому уже не выбраться.

Она и сама не заметила, как оказалась возле скалы, с которой ручейком стекала вода. Голубая и прозрачная, даже на вид вкусная и прохладная. Она встала под маленький водопад и смывала, смывала с себя родовую грязь, и молилась, просила прощения за каждое резкое слово, за каждую обиду и претензию, за каждую вспышку – их было немало в ее жизни.

Ей было страшно думать, что она каждым таким деянием добавляла немножко грязи в родовое болотце, и все это передавалось сынуле в наследство, вместо фамильных драгоценностей и мудрых мыслей. Или наряду с драгоценностями, — мимолетом подумала она, вспомнив печальные судьбы многих богачей и королей. Она вспомнила про кольцо, отмыла его и надела на цепочку с крестиком, что на шее висела.

Выбросить даже в голову не пришло. Это будет как талисман, чтобы не забыть о родовой грязи, — решила она.

Она чувствовала, как телу становится легче, как прибавляются силы, как внутри начинает ходить кровь. Как будто в целебный источник окунулась.

— Это Источник Любви, — подсказали ей.

Она открыла глаза – рядом сидела птица. У птицы было красивое оперение синего цвета, хвост веером и мудрые глаза.

— Я Птица Счастья, — представилась она. – А ты – мамочка. В чем твое счастье?

— В сыне, — не задумываясь, ответила мамочка. – Если он будет счастлив – тогда и я буду.

— Ответ неправильный, — констатировала Птица. – Ты возлагаешь на него двойное бремя ответственности. И за него, и за себя.

А если он не сможет соответствовать твоим ожиданиям? Да он заранее чувствует себя виноватым, потому что ДОЛЖЕН каждую минуту делать тебя счастливой.

Ты пьешь его жизнь.

— Нет! Нет! – закричала мамочка. – Я его люблю!

Я готова для него все сделать!

— Сделай для себя, — посоветовала Птица Счастья. – Стань счастливой сама – и сын будет питаться твоим счастьем. У него мало сил – дай ему твою Силу!

— Он всего боится. Он боится жить, — пожаловалась мамочка.

— Ему всего 7 лет, он еще не имеет своего опыта. Это родительские страхи. Это ТЫ всего боишься.

Это ТЫ боишься жить. И отец его боялся.

Освободите его от своего опыта! Пройдите свои Уроки сами – и это не придется делать ему.

— Дети за родителей не ответчики! – запротестовала она.

— Да, не ответчики, — согласилась Птица. – Они всего лишь наследники. Что ты им передашь – с тем и пойдут по жизни.

С этим спорить не станешь?

— Не стану, — устало сказала мамочка. – Сама такая… наследница. Тоже тяну за собой родовой багаж.

Что делать, скажи мне, Птица?

— Искать причины в себе. Избавляться от хлама в душе и в мыслях.

Прощать, молиться и благодарить. Очищаться от родовой грязи, и от своей собственной тоже!

Наращивать Внутренний Свет. Он защитит и тебя, и сына.

— Благодарю, — склонила голову она. – Спасибо за совет.

— Возьми мое синее перо. Будет тебе Талисман.

На счастье!

И Птица Счастья вспорхнула и сразу набрала высоту – только синее хвостовое перо спланировало к ногам мамочки. Она подобрала его, спрятала в карман и двинулась дальше.

Ей не хотелось уходить от Источника Любви, но там, далеко, ее ждал малыш, и она знала – задерживаться нельзя, останавливаться смерти подобно.

После омовения в Источнике мамочка чувствовала себя очень бодро, идти было легко. Только вот направление по-прежнему она выбирала как попало – вот уж точно, шла куда глаза глядят. Как в сказках.

В нее словно вставили новые батарейки – энергия так и переливалась в теле, все вибрировало. Даже волосы потрескивали.

Хотя… Только ли в Источнике было дело? Вокруг нее вроде бы и воздух стал наэлектризованным. Даже искры какие-то то и дело вспыхивали.

И как-то неожиданно она вышла к Яйцу. Она сразу так его назвала, потому что по-другому не скажешь: Яйцо и Яйцо, только размером с двухэтажный дом.

И по его поверхности змеились-переливались синие молнии. Вокруг Яйца пахло озоном, как во время грозы. И еще вокруг Яйца было сооружено подобие невысокого заборчика – мамочке примерно по колено.

Она хотела было перешагнуть, но тут Яйцо заговорило.

— Стой, где стоишь! – прогремел голос. – Высокое напряжение! Высокое напряжение!

Возможно короткое замыкание!

— Я стою, — ответила мамочка. – Только у меня тоже – высокое напряжение. Я очень напрягаюсь, потому что боюсь за сына.

У него короткая память, и он не хочет жить.

— Короткая память – от короткого замыкания. Короткое замыкание – от высокого напряжения.

Высокое напряжение – от того, что боится. Электрическая цепь! — тут же выдало Яйцо.

— Чего он боится? Или кого?

— Памяти. Ему страшно помнить. Он не хочет помнить.

Он предпочитает забыть.

— Что, что забыть? – нетерпеливо спросила мамочка. – Что вы все тут говорите загадками. Неужели нельзя прямо все сказать?

— Опасно. Высокое напряжение.

Возможно короткое замыкание, — опять забубнило Яйцо. – Загадки имеют разгадки. Последовательное соединение.

— А, уразумела! – догадалась мамочка. – Я должна сама найти разгадки, только не сразу, а постепенно, так?

— Ответ верный. Ответ верный.

Техника безопасности! И чистота опыта.

— Опыт, — наморщила лоб мамочка. – Я должна произвести какой-то опыт?

— Получить опыт, — поправило Яйцо. – Наработать опыт. Применить опыт.

— Да, я поняла. Кое-какой опыт я уже получила. Честное слово, как будто током ударило.

Эти встречи – со старухой, с мужем… Да и Птица Счастья тоже… Словно граблями по лбу, прямо искры из глаз!

— Искры из глаз – электрический удар – просветление, — немедленно выдало Яйцо. – Короткое замыкание ведет к отключению. Просветление ведет к пониманию.

Понимание – постоянный поток энергии.

— У моего сына короткое замыкание? Значит, мне нужно получить просветление?

А в среднем будет хорошо? Я правильно поняла?

— Разность потенциалов ведет к уравновешиванию. Зажечь Внутренний Свет!

— Внутренний Свет, — повторила мамочка. – Да! Мне об этом уже говорили.

Только как его зажечь, этот Внутренний Свет?

— Любовь и Благодарность, — торжественно провозгласило Яйцо. – Альфа и Омега, Начало и Конец, Свет и Тьма – Принятие и Слияние. Прими Тьму в себе – и зажжется Свет.

— Какую Тьму? Как принять? – чуть не плача, спросила мамочка. – Где, ну где во мне Тьма?

Это неправда.

Яйцо затрещало, заискрило, пошло трещиной повдоль – и раскололось.

— Готова посмотреть Правде в глаза? – раздался свистящий голос, от которого мамочка обмерла – такой он был… неприятный. По спине сразу прошел холодок, и почему-то заныли виски и сдавило грудь.

— Кто здесь? – спросила она, всматриваясь в голубые всполохи.

— Это я, Голая Правда. Я тут как тут.

Ты меня увидишь, если есть готовность. Но меня редко кто хочет видеть, хе-хе…

— Если это поможет моему ребенку – я готова, — отважно крикнула мамочка. – Покажись, какой бы страшной ты ни была!

— Ну, смотри… — сказала Правда и проявилась. Мамочка удивилась: она ожидала увидеть кого угодно – чудовище, монстра, калеку, но только не вот это… Ей явилась обычная женщина, обычного облика, в обычной одежде, во только лицо… Не хотелось почему-то смотреть Правде в лицо. Словно она знала и в любую минуту могла сказать что-то такое, что мамочке слышать не хотелось, ой как не хотелось!

И еще смущало то, что она и правда была голая, и похоже, совсем этим не тяготилась, зато мамочка невольно все время отводила глаза.

— Ну, что ты хочешь узнать о себе? – негромко спросила Голая Правда.

— Простите… А вы не могли бы на себя что-нибудь накинуть? – попросила она. – А то я как-то смущаюсь.

— Нет уж, милая моя. Какая есть, такая есть. Правда почему-то всех смущает.

Все стремятся рядить меня в какие-то одежды, так, что потом уже и не разобраться, где тут Правда? Никто не хочет меня видеть.

— Я хочу, — сказала мамочка. – Мне надо знать правду: почему мой мальчик такой неуверенный в себе и в будущем. Я уже слышала, что у него отцовские программы, но мне кажется, что дело не только в этом.

— Конечно, нет, — подтвердила Правда. – Это половина правды. А вторая половина… Скажи, а зачем ТЕБЕ надо, чтобы рядом с тобой мужчины становились беспомощными и неуверенными?

— Мне? Но мне вовсе этого не надо! – возмущенно ответила мамочка. – С чего вы взяли?

— Из жизни, — пожала плечами Голая Правда. – Вот скажи, почему ты привлекла в свою жизнь по меньшей мере двух мужчин, которых постоянно надо спасать, вытягивать, мотивировать, подталкивать и направлять? Муж и сын – уже двое. А может, их было больше, а?

— Я… я не знаю, — смешалась мамочка. – Я не думала об этом.

— А ты подумай, подумай, — посоветовала Голая Правда. – Люди вообще никогда не делают того, что им невыгодно. Во всем есть вторичная выгода.

Ее бывает не видно, но она непременно присутствует. Какова твоя вторичная выгода?

— Нет у меня никакой выгоды. Это неправда.

Я хочу помочь сыну стать самостоятельным.

— М-да? То есть ты хочешь стать ему ненужной?

— Как ненужной? Почему ненужной?

— Потому что чем самостоятельнее дитя, тем меньше он нуждается в мамочкиной заботе. Разве непонятно?

— Послушайте… Это бред какой-то! При чем тут это?

Я хочу быть сыну поддержкой, опорой, заботливой матерью, в конце концов!

— Ну так ты уже всем этим являешься. И всегда будешь являться.

Чем тогда недовольна? – усмехнулась Голая Правда.

— Он не хочет жить! – крикнула мамочка. – Он боится жизни! Он не сможет без меня!

— Вот над этим и надо работать. Тебе работать, не ему.

Зачем ТЕБЕ надо, чтобы он не мог без тебя?

— Я не желаю больше слышать эту демагогию, — заявила мамочка. – Это все неправда!

— Правда, правда, — неумолимо подтвердила Голая Правда. – А что не хочешь слышать – так кто ж правду слышать хочет? А только я тебе скажу: хочешь получить другой результат – пойди другим путем.

Ну-ка, посмотри мне в лицо! Посмотри Правде в лицо, говорю!

Мамочка глянула, хотела отвести глаза – но заставила себя смотреть, хоть и было неприятно. Голая Правда пристально вглядывалась в нее, и чувство было, что видит насквозь, как рентген.

— Мне правда нравится проявлять заботу, советовать, направлять, — призналась мамочка. – Так я чувствую себя нужной, а свою жизнь осмысленной.

— Ну так заботься, советуй, направляй, — посоветовала Голая Правда. – Только перестань на сыне упражняться. Тоже, полигон нашла!

Помогай людям! Стань Звездой!

— Какой Звездой? – опешила мамочка.

— Путеводной, — охотно пояснила Голая Правда. – Людям помогай. Займись собой. Своей жизнью!

Станешь уверенной ты – станет уверенным и сын. Найди опору в себе – появится опора и в нем. Найдешь себе дело ты – и он найдет!

Захочешь сама жить – и он захочет! Ты ж пойми, он тебя отражает, твой внутренний мир! На то дети и даны, чтобы мы через них себя видели… То, что больше всего не нравится, тревожит или пугает в детях – это твое и есть.

Только хорошо запрятанное. То, в чем себе сама не признаешься.

— Тебя просто слушать страшно, — тихо сказала мамочка.

— Да, все говорят, что Голая Правда – не подарок, — согласилась та. – Но от этого я н перестаю быть Правдой, пойми! Ну, есть еще вопросы?

— Неужели я действительно такая? – ошеломленно спросила мамочка. — И что мне теперь с этим знанием делать?

— А это тебе решать. Хочешь – так броди тут, на границе Тьмы и Света, до скончания веков.

А хочешь – так возвращайся с тем оружием, которое здесь получила, и начинай бороться с Тьмой внутри себя.

— Какое оружие? Не получала я никакого оружия! – растерянно сказала мамочка.

— Ну как же? А осколок зеркала?

А кольцо-талисман? А перо Птицы Счастья?

Вот страхи протянут к тебе свои липкие щупальца – а ты его осколком! Одолеет память прошлого – а ты кольцо в руки возьми да сожми покрепче. Ну, а когда вера в светлое будущее ослабеет – тут уж Перо поможет.

И я тебе на память кое-что дам. Вот, держи!

И Голая Память протянула мамочке… Звезду. Самую настоящую, только светящуюся.

— Возьми ее и вложи в грудь, туда, где сердце. Пусть сияет!

Помни: победить Тьму можно только Светом!

— Внутренний Свет, — вспомнила мамочка. – Мне говорили, что только это поможет моему сыну.

— Это поможет тебе, — ответила Голая Правда. – Помоги себе – и ты исцелишь многих. Ну, на этом все.

Аудиенция окончена. Тебе пора.

— Я благодарю тебя, — сказала мамочка. – Мне нелегко было посмотреть тебе в лицо, но я рада, что сделала это. Я смогла!

Значит, и все остальное – тоже смогу.

— Подойди, женщина, — велела Правда. И когда мамочка приблизилась, легонько стукнула ее ладошкой в лоб, от чего у мамочки в голове взорвалась целая галактика.

… Она снова стояла в телефонной будке, и отчаянно звенел-заливался телефон. Она машинально сняла трубку.

— Я люблю тебя, дитя мое, — шепнул ей голос. – Ты – мое лучшее творение.

Мамочка сразу поняла, кто это говорит.

— Тогда за что мне такие испытания, Господи? – жалобно спросила она.

— Не за что, а для чего, — ответил он. – Чтобы ты стала сильной и помогла многим. Это мое благословение. Я не даю испытаний не по силам, и ты справишься, я знаю.

А сейчас тебе пора возвращаться в твой мир.

— А можно с тобой как-нибудь связаться оттуда, из моего мира? – поспешно спросила она.

— Отныне и впредь мы всегда на связи, по прямой линии, — ответил Господь. – Ну, дитя мое, с Богом!

… Привет, Звезда! – появилась Дежурная Звезда. – Смотрю, твое путешествие оказалось успешным?

— Почему ты называешь меня Звездой? – удивилась мамочка.

— Ну так ты же светишься, — объяснила Дежурная Звезда. – Ты – Сверхновая. Теперь и ты будешь проводником.

Как и я. Как все мы!

— Вот как… Значит, вот что случается, когда побываешь на границе Света и Тьмы, — задумчиво сказала Сверхновая. – Я и не думала, что все так обернется.

— Внутренний Свет – это большой подарок, но и огромная ответственность, — сказала Дежурная Звезда. – Его нельзя держать в себе, его надо возвращать миру, делая добрые дела. Так что встретимся, не сомневайся!

До скорого!

И новая Звезда по тонкому лучику полетела вниз, на Землю. Туда, где ее ждал сын, и еще много людей, с которыми она должна была поделиться Светом, разогнав их Тьму.

О admin

x

Check Also

А с кем вообще легко

У каждой из нас найдется пара-тройка подруг, которые не ищут легких путей — в первую очередь, в личной жизни. Пытаются растопить сердце очередного мужчины своей мечты, который к ним абсолютно ...

Аскетом можешь ты не быть, но человеком быть обязан

— Ма-ам, а что сегодня на ужин? — Ой, не знаю, сами что-нибудь придумайте, я побежала на всенощную… — Сынок, приходи сегодня пораньше, пожалуйста, совсем же тебя не вижу. Приехала ...

Аптечка в дорогу

Время отпусков в самом разгаре. Собираясь в поездку — в другой город, другую страну, в поход или просто на дачу, стоит проверить, не забыли ли мы документы — паспорта, свидетельства ...

Апология товарища Дынина

С детства я неравнодушна к военным. И не только из-за того, что они красивые-здоровенные и в форме. Подтянутость, а, главное, дисциплина – вот что меня пленяло более всего. Теперь я ...

Апология купального платья

На недавнюю публикацию «Купила мама Зине отличное бикини» пришло много комментариев, однако много ли положительных? Я сразу говорю, что на комментарии к этой статье я отвечать не буду, потому что ...

Апельсиновые святые: лекарство от грусти

Так бывает: ты прочитала десять книг на тему «какой должна быть православная женщина», двадцать статей на тему «воспитание детей в христианской семье» и еще тридцать о том, какой должна быть ...

Античная скульптура: на пути к душе

Сегодня мне хотелось бы поднять тему, которая, по опыту, вызывает иногда непростую и далеко неоднозначную реакцию – поговорить об античной скульптуре, а конкретнее – об изображении в ней человеческого тела. ...

Аня Бочарова: «Я хочу увидеть мгновенье»

Сегодня в рубрике «Говорят дети» — Аня Бочарова. С Аней мы познакомились случайно-предопределенно – когда ее родные искали репетитора. Аня училась в седьмом классе и радужно рассказывала, что мечтает стать ...

Антидепрессант для родителей, или Помощники в родительском квесте

Мама и папа должны уметь: воспитать, приласкать, похвалить, научить, наставить, внушить, объяснить, предостеречь, уберечь. Все глаголы несут в себе оттенок единоличности, будто родитель плывет по морю без берегов в одиночку. ...

А нужно ли «мыло душистое»

Написание этой статьи оправдывает единственная и очень простая мысль. Ребенка можно купать в простой воде! Без пенок, шампуней и РН-нейтральных «мыл». Но кое-чем пользоваться при купании и после него все-таки ...

Антипедагогическая поэма: Машенькина жизнь

Жизнь Маши, как казалось ей, не заладилась с самого начала. В детстве её избегали многие дети, других родители ограждали самостоятельно, настала юность, которая принесла свои трудности. В институт она поступила ...

Анна значит «благодать»

Я вслушиваюсь в божественный голос Анны Герман со старой пластинки. Первой большой пластинки, изданной в СССР. Анну называли «белым ангелом польской песни» и «душой самой женственности». Ее голос завораживал волшебными ...

Анна Гришина: «Актерство помогает оправдывать всех людей вокруг»

Анна Гришина – актриса театра и кино, выпускница актерского факультета ГИТИСа, ведущая авторской телепрограммы «Энциклопедия полезных советов» на телеканале «Столица». В гостях у «Матрон.Ру» мы беседуем о женском – секретах ...

Ангел Ольга

Есть такое мнение, что человек не может прийти к вере, если не встретит человека, в котором увидит живого Бога, то есть воплощенные уже здесь, на земле, Божественные свойства – любовь, ...

Анна Каренина: грамматика нелюбви

Все знают сюжет «Анны Карениной», все смотрели экранизации романа. Но дело не в сюжете, а – как всегда – в деталях. Толстой пишет роман не об Анне Карениной, а о ...

Анна Людковская: «Я всегда занималась тем, что мне нравится»

Анна Людковская – известный кулинарный журналист и медиаменеджер, создатель и идеолог кулинарного журнала «ХлебСоль», ведущая кулинарной видеоколонки на «РИА Новостях». В интервью «Матронам.Ру» Анна делится секретами своего профессионального успеха и ...

Рейтинг@Mail.ru