Главная 16 Женские штучки 16 Заседание 50

Заседание 50

Над просторами Илиантэ во всем своем великолепии вставало ясное июньское утро. Воздух был тих и прозрачен.

Земля в благоговейном молчании встречала зарю. На листьях и лепестках дрожали и переливались капли росы, посылая небесам трепетные улыбки счастья.

Для кого же рано поутру сияли они в этих безлюдных местах?

Сегодня, впервые за сто лет, у этой красоты были зрители. Вот они: белый пони, словно маленькая лодочка, плывет по серебристому разнотравью, роса щедро осыпает его мохнатые ножки, грудь и бока.

И морда, и пышная челка у него мокрые.

На спинке у пони примостилась лягушка. Она смотрит вокруг и изредка восхищенно квакает:
— Ах, как здесь хорошо!
Пони в ответ шумно вздыхает, вполне согласный с нею.
— А представляешь, что будет дальше? — вдохновенно продолжает лягушка. — Дальше мы придем в Каллистэ! Подумать только! Да ведь мы и мечтать об этом не смели!

Представляешь, как красиво будет там.
— Мы увидим короля! — подхватывает пони. — Такого же доброго, как король Ооле! Он поможет мне найти и освободить Дымку!
— Как ему повезло, что ты его встретил!
— А ты смогла разбудить короля Халле!
— После того, как я снова начала верить, что чудеса на свете есть, мне легко было догадаться, что король Халле просто заколдован…
— Подумать только! Раз чудеса все-таки есть, значит, даже твоя сказка может стать правдой, и король Ооле вернется к нам!
— Ой, правда… — Жабита до сих пор как-то не думала об этом, и от этих слов пони у нее аж дыхание перехватило.
Король Ооле! — подумала она. — А если и впрямь. Нет, лучше не думать об этом, чтобы не спугнуть чудо!
— Где там король, ты его видишь? — спросила лягушка у пони.
— Вижу, не бойся…

… Король Халле Илиантэ Пятый шел на восток. Он не смотрел по сторонам, не видел ни ясного солнца, ни яркой травы, не чувствовал запаха цветов… Глядя в никуда, он тяжело ступал по земле, безжалостно ломая тонкие стебли цветов, вырывая их с корнем, топча нарядные венчики.

Точно так же — дайте срок! — он вырвет жизнь из собственного тела!

Его душа окаменела от тяжких раздумий. Он устал терзаться страшными вопросами.

Что случилось, то случилось. Без толку проклинать слепую судьбу. Эти проклятья ничего не вернут и никого не воскресят… Но все-таки, почему в лягушкином рассказе придворные, говоря о яде, поминали принцессу.

Неужели, они подозревали ее в том, что она… Нет это безумие!

Впереди показалась мощенная серым камнем дорога. Король заспешил к ней, чтобы вырваться наконец из цепких объятий травы. Но стоило государю ступить на булыжник, как силы оставили его.

Слишком легко стало идти, не с чем стало сражаться. Отчаяние оледенило сердце короля, сковало волю, и он, едва живой, со стоном опустился на измятую траву обочины.

Король уронил голову в пыль и замер.

— Что это с ним? — беспокоилась Жабита, наблюдая поведение Его Величества.
— Страдает! — понимающе вздохнул пони.
— Надо что-то делать!
— Да что уж тут поделаешь.
— Ну давай хотя бы подойдем поближе!

Пони послушно подошел к самой дороге. Некоторое время королевские спутники молчали. Наконец, Жабита осмелела и проквакала тихим жалобным голоском:
— Ваше Величество.

Король Халле вздрогнул, открыл глаза и окинул незванных попутчиков тусклым взором.
— А, это опять вы? — проговорил он. — Отстаньте от меня!
— Но… Как же… — пролепетала Жабита, и тут пони вдруг поставил уши топориком и повернул морду на запад.
— Тише, — сказал он, прислушиваясь.

Прислушалась и лягушка. Король Халле поднял голову от земли и оглянулся.
Неподалеку от того места, где находились путешественники, дорога делала крутой поворот, огибая холм. Из-за этого холма до них сначала донесся быстрый перестук копыт, а вскоре вылетела большая, пестро раскрашенная карета, запряженная четверкой лошадей.

Возница хлестал их безо всякой жалости. Карета стремительно приближалась, угрожающе скрипя и опасно кренясь то на один, то на другой бок. Лягушка испуганно квакнула.

Пони поспешно попятился от дороги. Даже король Халле нашел в себе силы немного отползти.

Все трое надеялись, что карета не остановится. Но не тут-то было.

Повозка уже готова было промчаться мимо, как вдруг из ее окна высунулось нечто непонятное, зеленое, в кудряшках и бантиках.
— Стой, недоумок! — пискнуло он пронзительным тонким голоском.

Здоровенный возница дернул вожжи так, что все четверо коней запрокинули головы и едва не перевернули карету. Она остановилась прямо напротив наших друзей, и они смогли рассмотреть ее получше.

Карета от колес до крыши была раскрашена в какие-то немыслимые цвета, так что при взгляде на нее начинало рябить в глазах. Поверх цветных пятен пони увидел какие-то значки, лягушка поняла, что это буквы, а король Халле, хоть и с трудом (буквы были написаны нарочито криво) разобрал надписи. Прочтя написанное, король был весьма озадачен, ибо неровные строчки гласили следующее: Музыкальная труппа Букет наслаждений!

Знаменитые музыканты Страны Уходящего Солнца! Спешите!

Только для вас поют и играют талантливые менестрели: непревзойденный дискант Хризолитовая Хризантема, Розовая Ромашка, Синяя Сирень, Красная Крапива и милашка Зверобой!.

Господа музыканты как раз выходили из кареты. Все они были в плащах, перчатках и сложных головных уборах, состоящих из маски, парика и шляпы. Плащи, перчатки и шляпы у каждого из музыкантов были своего цвета.

Перед Халле появились Зеленый музыкант, Синий музыкант, Розовый и Красный музыканты, а на козлах сидел Фиолетовый. Маски у всех были черные, прорези для глаз затянуты более прозрачной, но тоже черной тканью.

От всех пятерых за версту разило ужасно приторными духами.

Так-так, — подумал король Халле, — интересная история! Дураку понятно, что эти пятеро — скурондцы, загорать они не любят.

Одеты скорее для бала, чем для боя. Мечи у них больше для красоты — уж больно маленькие. Надушились, как непотребные девки, чтобы вонь отбить — а все равно гнильцой от них тянет… Вопрос: какого лешего они тут делают?

Ладно, разъезжать по Илиантэ им никто не может теперь помешать, но они, без сомнения, держат путь дальше на Восток! Неужели правители других стран им не препятствуют? И куда смотрит король Каллистэ?

Пока король размышлял, четверо разноцветных музыкантов вылезли из кареты. На сидящего у обочины человека они не обращали ни малейшего внимания. Трое остались топтаться у дверей, разминая ноги, а четвертый, в зеленом плаще, направился прямиком к пони и попытался надеть ему на шею кожаную удавку.

Пони взвизгнул и отскочил.
— Эй, — подал голос Халле, — а вдруг это мой пони?

Не то, чтобы он пожалел лошадку, просто он не мог стерпеть вражеского произвола на своей земле. Зеленый музыкант промолчал, продолжая ловить пони, зато трое остальных обернулись к королю, и Халле кожей почувствовал их презрение к нему.
— Теперь этот пони принадлежит Хри-Хри, — с холодной насмешкой произнес Синий музыкант, — если ты, восточная собака, в силах понять то, что я сказал…

В мгновение ока государь Илиантэ вскочил на ноги. В то же время свободолюбивый пони, уже с удавкой на шее, перешел в наступление.

Прижав уши, он бросился на врага, громко щелкая зубами.

— Эй, бродяга, угомони свою скотину! — своим странным голосом пропищал зеленый Хри-Хри. — Или я вас обоих прирежу!
Для острастки Хризолитовая Хризантема вытащил из дорогих ножен не менее дорогой клинок. Скурондец обернулся, и перед ним сверкнул обнаженный меч короля Илиантэ. Хри-Хри опешил и выпустил удавку.

Пони бросился наутек. Синяя Сирень, Розовая Ромашка и Красная Крапива осторожно отступали к карете. Хри-Хри злобно скрипел зубами, но напасть не решался.

Тем временем остальные трое оказались в повозке.- Зверь, гони! — крикнул Красный музыкант сидящий на козлах фиолетовый Зверобой хлестнул лошадей, и те сорвались с места бешеным галопом.

Зеленый Хри-Хри мерзко обругал своих струсивших товарищей и в ярости рубанул с плеча по королю. Словно по дереву, — подумал Халле, для которого подобный противник не представлял никакого интереса. Через несколько мгновений враг был мертв.

Сдернув с него маску, король успел разглядеть, что мертвое лицо скурондца выражает крайнее изумление.

Опомнившись от пережитого ужаса, пони остановился, оглянулся и, увидев, что расписной кареты и след простыл, воротился к месту происшествия. Остановившись неподалеку, пони с большим интересом наблюдал, как государь Халле обыскивает труп убитого разбойника.

Король снял с врага маску и перчатки, и пони увидел над убитым три черные струйки дыма. Король Халле забрал также плащ, меч и перевязь с ножнами. Плащ король тут же надел, потому что от его собственного полуистлевшего одеяния остались одни лохмотья.

Затем он взял мертвеца за ноги и оттащил в густые придорожные кусты. Вернувшись на дорогу, государь заметил пони, хотел было что-то сказать, но передумал.

Махнув рукой, Его Величество Халле Илиантэ Пятый зашагал дальше на Восток.

Пони стоял и не знал, что делать. Но тут у его передних копыт раздалось звонкое кваканье.
— Все в порядке?
— Ой, Жабита, это ты! — обрадовался пони. — Куда ты подевалась?
— Когда этот зеленый Хри-Хри схватил тебя, я упала, потому что ты брыкался, — отвечала лягушка. — Вы меня чуть не затоптали! Но зато я видела, как король Халле победил этого злодея…
— Похоже, это пошло королю на пользу, — заметил пони, — видишь, он больше не падает!
— Да, и шагает довольно бодро… Надо бы и нам поспешить за ним!

Заседание 50

Полдень давно миновал, а король Халле Илиантэ Пятый все шел и шел на Восток. За ним, по-прежнему чуть в отдалении топал пони. Лягушка Жабита по временам спрыгивала с его спины, чтобы окунуться в лужу.

Жабита чувствовала себя ужасно: сверху ее палило июньское солнце, снизу подогревала горячая лошадиная спина, а вода в подсыхающих лужах тоже давно перестала быть прохладной. Лягушка кое-как укрывалась от солнца под пышными прядями белой гривы и мечтала если не о конце путешествия, то хотя бы о привале.

— Неужели он не хочет остановиться? — простонала Жабита, глядя из очередной лужи на удаляющегося короля. — Неужели он совсем не устал и ему не жарко?!

Лягушка была уверена, что еще немного — и она зажарится заживо, но жара неожиданно начала спадать. Жабита обрадовалась, подумав, что наступает вечер, однако вокруг все выглядело странно, совсем не так, как обычно, ясным июньским вечером.

Свет стал каким-то тусклым и серым. Лягушка в недоумении огляделась, и случайно посмотрела вверх…

— Ой, что это?! — в ужасе квакнула она и дернула пони за гриву. — Взгляни на небо.

Король Халле брел вперед, не замечая жары, усталости и голода. Его мучили иные чувства.

Встреча с разноцветными скурондскими музыкантами встряхнула его и пробудила в его сердце привычную ненависть. Эта исконная ненависть к Скуронду толкала его вперед.

Он должен выяснить, что же произошло в этом мире за последний век, как случилось, что враги спокойно разъезжают по восточной земле, а потом попытаться положить этому конец. Хотя (король грустно усмехнулся) глупо так думать.

По-видимому, это оказалось не по плечу даже государю Каллистэ и множеству прочих восточных правителей. Куда уж ему, одинокому, королю без королевства, пытаться навести порядок!
Мысль о короле Каллистэ заставило Халле Илиантэ Пятого вспомнить об Иннеле. Теперь в Каллистэ, наверно, правит какой-нибудь правнук возлюбленной принцессы!

Халле вздохнул: интересно, этот правнук похож на нее? И кто стал мужем его прекрасной невесты?

Долго ли она помнила меня? — думал король. — Долго ли горевала? О, у нее, конечно, отбоя не было от женихов!

Еще бы! Такая замечательная девушка, да еще и наследница престола Каллистэ!
Долго, долго брел король Илиантэ, погруженный в мрачные раздумья, не видя ничего кругом. Внезапно какой-то далекий звук вернул его к действительности.

Опять кто-то меня нагоняет! — подумал король, поднимая взгляд и оборачиваясь…
…Только теперь он заметил, как необъяснимо и зловеще изменилось все кругом. Солнце исчезло.

Небо заволокло тяжелыми тучами, душный тревожный сумрак пал на зеленые поля. На душе от этого зрелища стало совсем скверно.

Ненастье! Ни дать, ни взять, Скуронд! — поеживаясь, удивился король Халле. — Что еще за напасть?!
Пони и лягушка, напуганные ненастьем, уже давно старались держаться к королю поближе. Теперь, расслышав приближающийся с запада топот множества копыт, пони подошел к государю вплотную и остановился у него за спиной.

А лягушка Жабита на всякий случай спрыгнула на землю и притаилась в густой траве обочины.

Король Халле, припомнив голос и манеры убитого скурондского певца, натянул на себя маску и перчатки Хри-Хри. Такой бывалый разведчик, как он, не мог упустить случая разузнать хоть что-нибудь о планах врага. Надо сказать, король Халле по заданию отца часто ходил на разведку в Скуронд, и всегда успешно.

Теперь, при мысли о том, что ему приходится шпионить за врагом на собственной земле, он горько усмехался под своей маской.

Топот стремительно приближался. Вскоре из-за гребня холма начали выныривать головы и фигуры всадников, потом морды их коней. За первыми четырьмя следовали все новые и новые.

Всадники были одинаково одеты во все черное и скрывали лица под черными же масками. Лишь предводитель отряда, в нарядном сиреневом плаще, ехал с открытым лицом. Короля Халле это не сильно удивило.

Во-первых, солнца все равно не было. Во-вторых, такое лицо можно было и не прятать.

Возможно, этот человек совсем недавно покинул Восток, и его облик не успел измениться.

Предводитель отряда, на вид, был ровесником Халле, имел длинные каштановые волосы и темно-карие глаза. Лицо юноши было благородно и красиво.

Даже надменное выражение не очень портило его. Король Халле неожиданно для себя самого пожалел, что вскоре эта смуглая кожа станет мертвенно-зеленоватой, покроется пятнами тления, а потом… что будет потом, даже думать не хотелось.

Предводитель поравнялся с королем и осадил коня, разглядев которого, пони не поверил своим глазам.
Ветер! — изумленно проржал он. — Ветер, это ты?!
Да, перед ним стоял никто иной, как Главный Конь Илиантэ! Вороной тяжко поводил боками.

Его черная шкура блестела от пота, с морды падали клочья пены. Его голову опутывали кожаные ремни, во рту позвякивали странные железки.

На спине красовалось тяжелое седло.

Не думал встретить тебя здесь! — фыркнул Ветер, узнав давнего знакомого.
Я тоже, — отвечал пони, — как это тебя угораздило попасться в плен к скурондцам?
Я не в плену, — Ветер попытался гордо тряхнуть гривой, — этого человека я везу добровольно. Сегодня утром он пришел в наш замок. Мы все как раз собрались во дворе и думали: кто сломал кухонную дверь и куда делось солнце… Этот человек вошел в ворота, и мы сразу поняли, кто он такой.

Пони перевел взгляд на всадника…

Тот как раз беседовал с королем Илиантэ.
— Как ты тут оказался, Хри-Хри? — спрашивал он. — А где твои друзья, Си-Си, Ро-Ро, Кра-Кра и этот дурачок Зверобой?
Пока он говорил, его отряд перестроился и окружил Халле и пони плотным кольцом. Да, эти господа были посерьезнее, духами не баловались.

Король едва не задыхался от трупного смрада.
— Я отстал, — тонким голосом проблеял король Халле.
— Как это, отстал? — удивился предводитель.
— Я захотел взять себе пони, но его хозяин возражал, и мне пришлось его убить, — поведал король, — пока я его убивал, остальные испугались и уехали.
— Узнаю храбрых музыкантов! — рассмеялся юноша. — Но пони ты все-таки заполучил, как я посмотрю!…
Оба — и король, и предводитель скурондцев — посмотрели на пони и весьма удивились. Маленькая лошадка стояла перед вороным конем предводителя и громко фыркала, выпучив глаза.

Вороной устало кивал головой.
— Похоже, они знакомы! — снова удивился предводитель. — Наверно, он из того же замка, что и мой вороной. Моя лошадь пала — я ее загнал — и мне пришлось взять этого. В том старом замке полно прекрасных лошадей… Хорошо, что чары Пропасти охраняют его от простых людей, и только волшебник может проникнуть туда, не опасаясь смерти.

И все-таки, Хри-Хри, мне жаль, что вы не можете взглянуть на эту старинную крепость! Она такая красивая. Представляешь, когда я вошел в ворота…

Заседание 50

Тут из черных рядов выехал грузный скурондец. Его черный плащ был заткан серебром.
— Ваше Величество, — тихо промолвил он, — ведите себя по-королевски!
— Ах, да! — спохватился юноша, принимая прежний надменный вид. — Эй ты, Зеленый! Мне сейчас некогда с тобой разговаривать.

Я приказываю тебе догнать остальных музыкантов. Не догонишь — пеняй на себя.

Эй, Начальник Стражи! Выдай ему хлеба, вина и денег на дорогу!
— Ваше Величество! — напомнил стражник.
— Ой, извините. Слушай, Зеленый. Когда я приеду в Эффру, я пошлю стражников, чтобы они тебе помогли.

Но денег и вина ты не получишь, потому что сам виноват. Ну хоть хлеба ему дайте, он же, наверно, голодный.

Король Халле стоял и только диву давался. В его голове теснилась куча вопросов.

Кто этот юноша? Почему он так заботлив? Как угораздило такого милого молодого человека угодить в компанию скурондцев?

Почему толстый стражник называет его Ваше Величество.

Размышления короля прервал радостный визг пони. Совершенно неожиданно для всех белая лошадка, на протяжении нескольких минут неподвижно созерцавшая предводителя скурондцев, радостно подскочила на месте и заверещала:
— Ооле Каллистэ Первый! Ооле Каллистэ Первый!

Ты вернулся!

В непонятном и неописуемом восторге пони подскочил к стремени предводителя, пытаясь дотянуться мордой до его колена. Первым движением Халле было ударить глупую скотинку, но предводитель радостно воскликнул:
— Ах, какое чудо! Он говорящий! Я понимаю, почему тот человек не хотел его тебе отдавать.

А как он меня назвал? Ооле Каллистэ Первый? Красивое имя!

А кто это такой?

Халле замялся в нерешительности. Полагается ли скурондскому певцу знать историю Востока, или нет?

На всякий случай, король Халле промолчал. Что касается пони, то он и вовсе не слышал, о чем речь.

Взбрыкивая от радости, он скакал вокруг вороного коня.
— Человек, чье имя вы изволили произнести — заклятый враг мира! — ответил Начальник Стражи. — Это тот самый злодей, который был яростным противником примирения Запада и Востока. Его имя ненавистно всему образованному человечеству!
— Правда? — огорчился предводитель. — Как жаль. Ну, ничего не поделаешь… Однако, нам пора! Везет же тебе, Хри-Хри!

Ты можешь ехать в Интэллу не спеша, а мне еще придется побывать в сотне мест.

Странный юноша поднял своего коня на дыбы.
— Счастливо, Хри-Хри! — крикнул он королю Халле. — Пожалуйста, сочиняй побольше веселых песен. Эти жадины не хотят давать тебе хлеба, поэтому вот, держи…

Предводитель снял с луки седла толстую кожаную сумку и с ласковой улыбкой протянул ее королю. Потом юноша гордо выпрямился и, величественно оглядев свиту, приказал:
— Вперед!

Отряд сорвался с места. Развевающиеся черные плащи быстро скрыли от глаз короля Халле фигуру благодетеля. Лишь его удаляющийся голос донесся до государя сквозь стук копыт:
— Удачи, Хри-Хри! Увидимся в Интэлле!

Когда топот и ржание стихли вдали, король Халле медленно стянул маску. Глаза его все еще были прикованы к восточным холмам, за которыми только что скрылся добрый юноша. Сердце короля странно защемило.

Из глаз поползли слезы. Сам себе удивляясь, государь плакал, прижимая к груди подарок скурондского предводителя.

Что со мной? — думал король Илиантэ. — Не иначе, меня околдовали! Он скурондец, а значит, мой смертельный враг… А я уже тоскую по нему, как по лучшему другу! О, бедный юноша!

Снова подумав о том, какая участь ждет несчастного молодого человека, король Халле едва не разрыдался. Сдержав себя, он опустился на колени и расстегнул подаренную сумку. В ней, кроме хлеба, копченого мяса и маленькой фляжки вина, оказался кошелек, набитый золотыми монетами, гребенка, кусок льняного полотна, чистая рубашка, бритва, — словом, все, что может понадобиться молодому человеку в дороге.

Сердце государя Илиантэ преисполнилось благодарности.

Благородная мысль осушила его слезы и стряхнула с души бремя отчаяния. Решено.

Он последует за добрым юношей в Интэллу, найдет способ войти в число его приближенных и спасет его. Он уговорит его бросить Скуронд, а потом… Неважно, что будет потом.

Главное — спасти, а дальше будь что будет.

Прежде, чем продолжить путь, король решил подкрепиться. Подумать только, он не ел целых сто лет!

Король отрезал ломоть хлеба и открыл флягу.
— Значит, я тоже должен ехать в Интэллу! — подумал он вслух. — Интересно, где это находится?
— Это в Ведане, — послышался в ответ робкий голосок лягушки. — Интэлла — это столица научного мира, где пятьсот лет назад была основана знаменитая Школа Наук…

Король Халле удивился.
— Надо же, какая ты ученая! — сказал он, отыскав взглядом смущенную собеседницу. — Я географию Востока совсем не знаю. Некогда было там побывать… Вот в Скуронде я изрядно побродил!
— В Скуронде?! — поразилась лягушка. — Туда же нельзя ходить по своей воле!
— По своей я бы и не пошел. Меня отец посылал на разведку, — сказал Халле, — а, если честно, я в эти штуки не верю…
— Ну и как там, в Скуронде.
— Мерзко, — короля передернуло, — мерзко там… Ты думаешь, зачем скурондцы к нам на Восток рвутся? Они сами там жить не могут, там тяжко, душно, гадко, хоть вешайся.

Ну вот, даже есть расхотелось!

Король опустил руку с флягой и посмотрел вокруг. Окинув взглядом притихшие поля и неподвижные тучи, он пробормотал:
— Похоже, не слишком, а все-таки похоже! Нет, этого нельзя так оставить.
Король Халле убрал остатки еды, застегнул сумку и решительным движением закинул ее на плечо.
— Если вы со мной, тогда пошли, — сказал он лягушке и пони, который все еще стоял посреди дороги, восторженно глядя вслед уехавшему предводителю.
— А? — очнулся пони. — Мы пойдем за королем Ооле?
— Это действительно был король Ооле? — встрепенулась Жабита.
— Конечно! Мне Ветер сказал!…
— Ну, Ветер врать не станет!… Как жаль, что я его не видела!
— Зачем же ты ускакала?
— Подумала, вы опять драться начнете… Ох, неужели правда? Неужели моя сказка сбылась? Вот радость-то какая!

А он какой, король Ооле? Он красивый?

Добрый?
— Он мне так понравился! — взахлеб восхищался пони. — Он такой… такой… Я тебе расскажу по дороге.

Лягушка без лишних слов заняла свое место, и пони побежал догонять ушедшего вперед короля Халле.
А король, заслышав сзади осторожный топоток, улыбнулся — впервые за этот длинный день. Забавные у него попутчики.

Они просто бредят Ооле Каллистэ Первым. Он им, похоже, повсюду мерещится! …
Государь Илиантэ хотел было сказать пони правду, но, оглянувшись и увидев его радостно горящие глаза и вдохновенную морду, передумал. Король поправил на плече сумку и поспешил вперед.

О admin

x

Check Also

Авторитет старших

Мы продолжаем публиковать отрывки из книги «Мама, перестань читать нотации! И ты, папа, тоже!» греческого педагога и организатора «школы родителей» Кики Дзордзакаки-Лимберопулу, перевод которой выполнен монахиней Екатериной специально для портала. ...

А тому ли я должна-то

Хорошо придумали англичане. Сколько же у них глаголов долженствования – для любого нюанса этого состояния… А у нас – как обухом по голове: я должна. Слушаться старших, делать уроки, любить ...

Астрид Линдгрен изменила мою жизнь дважды»

Когда Саре Швардт было 12 лет, она написала письмо Астрид Линдгрен. Вместо открытки со стандартным текстом писательница отправила ответное письмо. Единственная сохранившаяся из него фраза: «То есть хорошие фильмы — ...

А ты роди дитя

Берегите слезы ваших детей, дабы они могли проливать их на вашей могиле. Пифагор Однажды мне было двадцать лет, я была молодая жена, я жила в собственной квартире с собственным мужем, ...

Авраам родил Исаака…

Помните, у Достоевского в «Записках из мертвого дома» есть довольно ироничная история про иудея, который был буквально бесплатным балаганом для своих сотоварищей, когда вставал на молитву? Все дело было в ...

А у меня морщины, а у меня живот

Поколение моих ровесниц (а нам едва-едва к тридцати) озаботилось признаками старения. «Вот, у меня морщины. А вот, у меня живот». То, что иногда у нас же спрашивают паспорт при попытке ...

Авангард — стиль на грани моды, для самых смелых дам

— Карден! У нас в Союзе 2-3 единицы таких! И то – у жен дипломатов неприсоединившихся стран. (к/ф “Самая обаятельная и привлекательная”) Помните Надю из кинофильма «Самая обаятельная и привлекательная»? ...

Атмосфера хорошей семьи

О самых распространенных трудностях в браке мы побеседовали с Наталией Владимировной Ининой, практикующим психологом, сотрудником факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, преподавателем факультета психологии РПУ св. Иоанна Богослова. Наталия Владимировна, ...

Австралийский сенатор покормила ребенка грудью в парламенте

Австралийский сенатор Ларисса Уотерс впервые в истории покормила своего 3-месячного ребенка грудью прямо на заседании парламента, во время собственного выступления. 40-летний сенатор от партии «зеленых» известна своей активностью в борьбе ...

Аритмия»: нежный фильм о нашей запутанной жизни

От русского кино уже давно не ждешь у ничего хорошего. Про его качество уже и Вася Обломов успел спеть. Нет, оно, конечно есть — хорошее русское кино. Но я не ...

Архимандрит Иоанн Крестьянкин: слово пред Плащаницей в Великий Пяток

От редакции: в самый скорбный из дней церковного календаря предлагаем вашему вниманию проповедь известного старца Псково-Печерского монастыря архимандрита Иоанна (Крестьянкина). Длящаяся в мире жизнь Христова привела нас сегодня на Голгофу ...

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) — о русских святых

Слово к 1000-летию Крещения Руси Во имя Отца и Сына и Святаго Духа! Величаем Тя, Триипостасный Владыко, верою Православною землю Русскую озарившаго и святых cродников наших сонм велий в ней ...

Архимандрит Савва (Мажуко): «Не стесняйтесь восхищаться друг другом»

Как общаться со стареющими родителями и принять то, что когда-то мы их потеряем? Нужно ли благодарить за страдания и что будет, если, как Иов, вступить в тяжбу с Богом? Зачем ...

Артемизия Джентилески

И снова Пушкинский музей нас балует итальянским искусством. На этот раз три гостя из Неаполитанского музея Каподимонте — своеобразное предисловие для большой выставки, обещанной в 2020 году и посвященной целиком ...

Аргентинское танго как практика близости

Какова ваша первая ассоциация со словом «танго»? Если вы не танцуете, то скорее всего это парный танец под этикеткой «страсть»: мужчина в костюме и шляпе и женщина на высоких каблуках ...

Армен Григорян

Для тех, кто взрослел в конце прошлого века, «Крематорий» — это не просто одна из культовых рок-групп, это музыка детства. «Мусорный ветер» свистел в ушах, нам хотелось познакомиться с «Безобразной ...

Рейтинг@Mail.ru