Главная 16 Женские штучки 16 Вербальная магия Июня

Вербальная магия Июня

Вербальная магия Июня

Скажу сразу: я не то чтобы страстная поклонница Дмитрия Быкова, я просто люблю читать. Поэтому, когда редакция предложила мне написать рецензию на его новый роман, я с радостью согласилась. И ни разу не пожалела.

Это качественная литература. Весьма возможно, лучший из романов Дмитрия Львовича.

Во всяком случае, мне понравилось.

Это, как заявлено, экспериментальный роман. И, судя по подавляющему большинству положительных откликов, эксперимент удался. В третьей части романа автор подробно рассказывает о действии (даже — воздействии) слова на читателя.

А я, как человек верующий и пишущий, в силу слова верю безоговорочно. Как сказал поэт:

В оный день, когда над миром новым

Бог склонял лицо свое, тогда

Солнце останавливали словом,

Словом разрушали города.

А до него: В начале было Слово…. И потом, разве нам не было обещано, что слово способно передвигать горы?

Была бы вера.

Вербальная магия Июня

Итак, эта вербальная магия работает, и мы можем проверить ее силу на себе, ведь роман написан как раз по схеме одного из его героев — безумного филолога Крастышевского: вторая часть — половина объема первой, третья — одна треть второй, четвертая (под маской эпилога) — вчетверо меньше и содержит главный посыл.

В Управляющем тексте (УТ) Быкова много (слишком много) раз повторяется слово уязвимый. Это немного режет слух — ровно до тех пор, пока не начинаешь понимать, что именно уязвимость и есть главная беда современного человека.

Не про СССР 1940-го пишет автор, а про нас с вами. Обвинить и тем самым подчинить — по такой схеме работают чекисты-психоаналитики, так ведут себя в межличностных отношениях главные герои (как женщины, так и мужчины), такую же программу закладывает в свои УТ для Самого Главного Крастышевский, ровно так же действуют на нас с вами СМИ, интернет и печатное слово. И именно эту задачу ставит себе автор романа: найти слабое (уязвимое) место, пробить броню и доказать нам, что история повторяется, а мы не учимся на своих ошибках.

Мы просто плывем, подчиняясь грубой силе течения, не в силах признать правду своей уязвимости.

Сначала, читая первую часть романа о практически эротических похождениях юного студента МИФЛИ Миши Гвирцмана, я уж решила было, что это роман о полигамности (помните, мы спорили с высказыванием Быкова на эту тему на страницах портала?) — о неотвратимой полигамности мужчины и поэта, который оправданно разделяет возвышенную и почти святую любовь к прекрасной даме и животную низкую страсть к не очень разборчивой в своих связях вдове героя.

Странные отношения любви и ненависти, плотской страсти и невозможности сближения, предательства и насилия окрашивают героя в пугающе противоречивые цвета. Каков он на самом деле? Положительный или отрицательный?

Хороший или плохой? Автор не дает ответа.

Даже Валя и Лия, две антагонистические любви героя, нарисованы так, что мы остаемся в недоумении: любовь ли это? И только самая последняя строчка первой части все проясняет: дело не в любви и ненависти, правде и лжи.

Дело-то на самом деле в том, что война примиряет красивое и некрасивое, доброе и злое, сиюминутное и вечное — все исчезнет перед лицом смерти.

Вторая часть (с совершенно другими героями) снова окунает нас в омут запутанных любовных отношений, но постепенно и здесь лейтмотивом становится вопрос верности и предательства. Каким бы ты ни был полигамным, жизнь сталкивает тебя с той, которую нужно защитить своей любовью — несмотря ни на что. И если ты сдаешься и отказываешься от борьбы, глаза-фонари любимой превращаются в глаза-ямы, и эта яма неизбежно засасывает и тебя.

Вообще тема доносительства, растущего недоверия друг к другу, страшного одиночества человека перед лицом системы и постепенного превращения хорошего честного человека в предателя и осведомителя, к концу второй части заслоняет даже политические угрозы. И все-таки любовные беды становятся предвестниками одной глобальной катастрофы. Предчувствие войны проступает в разговорах и умолчаниях, пропитывает постепенно воздух, наполняет ум тревогой и — опять — уязвимостью.

Конец второй части, его последнее предложение, заставляет неприятно вздрогнуть.

Третья часть, которую критики склонны называть сказочной, переносит нас в мир магии слова. Гениальный филолог нашел формулу Управляющего Текста, который может заставить читателя действовать так, как хочет писатель. Такое вербальное программирование.

Честно говоря, я лично не вижу в этом ничего сильно сказочного. Разве такого программирования не существует? Да ладно!

Целым странам вполне можно внушить, за кого голосовать, кто виноват и что делать. Так что все это, по-моему, не нужно воспринимать так уж легкомысленно фантастичным. Другое дело, что и весь остальной текст Быкова — это все-таки художественная проза, а не документальный очерк, поэтому все его герои в той или иной степени исторически недостоверны.

Автор и сам это понимает, обмолвившись, что только участники тех событий могли бы рассказать правду, но они начисто лишились этой способности. При этом сами люди, герои романа, очень жизненны и цельны.

Им веришь, сопереживаешь, им сочувствуешь, их понимаешь и иногда оправдываешь даже в самых сложных и запутанных ситуациях. Сцена на крыше — финал третьей части — фантастический и вселяющий трагическую надежду.

Особенно хорош короткий и яркий эпилог, пропитанный звуками и запахами утреннего леса, который примиряет нас со всеми героями неожиданно и окончательно. А также с мыслью автора, которую он пытался нам внушить все это время с помощью своего магического УТ: война спишет все. Здесь уместно вспомнить Гераклита, который называл войну (или вражду) отцом всех вещей.

В этом смысле она и закономерна, и ожидаема. И если это пророчество о наступающей в современном мире войне, то мне лично очень хочется, чтобы Быков оказался плохим пророком, и война не наступила.

Потому что та наступившая в романе и пройденная уже нашим народом война — и мы это хорошо знаем и понимаем — была чудовищно страшной. Невозможно больно и трудно говорить о всех ужасах и потерях того времени, которые оправданы победой.

Но знаете, что страшнее всего? Осознание того, что с уходом того самого поколения, о котором рассказывает Быков и которое вынесло эту войну, как говорится, на своих плечах, ушло из нашего сознания (или постепенно уходит) чувство гордости и победы. Мы (во всяком случае, мои ровесники, дети перестройки) все чаще испытываем боль, страх и страдание при воспоминаниях о ней.

Наверное, здесь даже больше страха. Мы не хотим повторения и не чувствуем в себе сил стать победителями, случись самое страшное. Но невыносимо громко звучат сейчас голоса зазывателей войны, которые легко кричат можем повторить.

Хочется забраться на какую-нибудь самую высокую крышу мира и по примеру Крастышевского провещать как можно громче: цена слишком велика, люди, задумайтесь об этом!

О admin

x

Check Also

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин) — о русских святых

Слово к 1000-летию Крещения Руси Во имя Отца и Сына и Святаго Духа! Величаем Тя, Триипостасный Владыко, верою Православною землю Русскую озарившаго и святых cродников наших сонм велий в ней ...

Архимандрит Савва (Мажуко): «Не стесняйтесь восхищаться друг другом»

Как общаться со стареющими родителями и принять то, что когда-то мы их потеряем? Нужно ли благодарить за страдания и что будет, если, как Иов, вступить в тяжбу с Богом? Зачем ...

Артемизия Джентилески

И снова Пушкинский музей нас балует итальянским искусством. На этот раз три гостя из Неаполитанского музея Каподимонте — своеобразное предисловие для большой выставки, обещанной в 2020 году и посвященной целиком ...

Аргентинское танго как практика близости

Какова ваша первая ассоциация со словом «танго»? Если вы не танцуете, то скорее всего это парный танец под этикеткой «страсть»: мужчина в костюме и шляпе и женщина на высоких каблуках ...

Армен Григорян

Для тех, кто взрослел в конце прошлого века, «Крематорий» — это не просто одна из культовых рок-групп, это музыка детства. «Мусорный ветер» свистел в ушах, нам хотелось познакомиться с «Безобразной ...

Армия заботы

В Италии внуками занимается настоящее высоквалифицированное войско численностью 3,2 миллиона. Они работают по 24 часа в сутки — и причем совершенно бесплатно. Имя этому войску — бабушки и дедушки, nonni ...

А с кем вообще легко

У каждой из нас найдется пара-тройка подруг, которые не ищут легких путей — в первую очередь, в личной жизни. Пытаются растопить сердце очередного мужчины своей мечты, который к ним абсолютно ...

Аскетом можешь ты не быть, но человеком быть обязан

— Ма-ам, а что сегодня на ужин? — Ой, не знаю, сами что-нибудь придумайте, я побежала на всенощную… — Сынок, приходи сегодня пораньше, пожалуйста, совсем же тебя не вижу. Приехала ...

Аптечка в дорогу

Время отпусков в самом разгаре. Собираясь в поездку — в другой город, другую страну, в поход или просто на дачу, стоит проверить, не забыли ли мы документы — паспорта, свидетельства ...

Апология товарища Дынина

С детства я неравнодушна к военным. И не только из-за того, что они красивые-здоровенные и в форме. Подтянутость, а, главное, дисциплина – вот что меня пленяло более всего. Теперь я ...

Апология купального платья

На недавнюю публикацию «Купила мама Зине отличное бикини» пришло много комментариев, однако много ли положительных? Я сразу говорю, что на комментарии к этой статье я отвечать не буду, потому что ...

Апельсиновые святые: лекарство от грусти

Так бывает: ты прочитала десять книг на тему «какой должна быть православная женщина», двадцать статей на тему «воспитание детей в христианской семье» и еще тридцать о том, какой должна быть ...

Античная скульптура: на пути к душе

Сегодня мне хотелось бы поднять тему, которая, по опыту, вызывает иногда непростую и далеко неоднозначную реакцию – поговорить об античной скульптуре, а конкретнее – об изображении в ней человеческого тела. ...

Аня Бочарова: «Я хочу увидеть мгновенье»

Сегодня в рубрике «Говорят дети» — Аня Бочарова. С Аней мы познакомились случайно-предопределенно – когда ее родные искали репетитора. Аня училась в седьмом классе и радужно рассказывала, что мечтает стать ...

Антидепрессант для родителей, или Помощники в родительском квесте

Мама и папа должны уметь: воспитать, приласкать, похвалить, научить, наставить, внушить, объяснить, предостеречь, уберечь. Все глаголы несут в себе оттенок единоличности, будто родитель плывет по морю без берегов в одиночку. ...

А нужно ли «мыло душистое»

Написание этой статьи оправдывает единственная и очень простая мысль. Ребенка можно купать в простой воде! Без пенок, шампуней и РН-нейтральных «мыл». Но кое-чем пользоваться при купании и после него все-таки ...

Рейтинг@Mail.ru