Главная 16 Женские штучки 16 Рената Шакирова: Русский балет

Рената Шакирова: Русский балет

Рената Шакирова: Русский балет

Балерине Ренате Шакировой прочили большое будущее, когда студенткой Академии русского балета имени Вагановой она уже выходила на сцену Мариинского театра в сложнейших Рубинах Джорджа Баланчина. Тогда ее сравнивали с Дианой Вишневой и отмечали техничность и темперамент.

С тех пор Рената успела станцевать взрывную Лауренсию на выпускном спектакле, победить в паре с Кимином Кимом на телевизионном конкурсе Большой балет, стать солисткой Мариинского театра и пополнить свой багаж самыми разными партиями — от озорной Китри в Дон Кихоте до романтической Джульетты в балете Лавровского.

Мы встретились с Ренатой в Петербурге сразу после ее возвращения с гастролей на Дальнем Востоке и поговорили о том, как артисты балета проводят лето, есть ли интриги в Мариинском театре, какие хобби помогают балеринам бороться с выгоранием и что же делает русский балет уникальным.

Рената Шакирова родилась в Ташкенте (Узбекистан). Окончила Академию русского балета имени Вагановой (класс Татьяны Удаленковой) в 2015 году.

Являясь студенткой Академии, участвовала в спектаклях Мариинского театра.

С 2015 года в труппе Мариинского театра. Победительница (в паре с Кимином Кимом) проекта телеканала Россия-Культура Большой балет (2016).

Среди ее партий в Мариинском театре: Китри и Амур (Дон Кихот, хореография А. Горского), Маша (Щелкунчик, хореография В. Вайнонена), Джульетта (Ромео и Джульетта, хореография Л. Лавровского), Катерина (Каменный цветок, хореография Ю. Григоровича), Царь-девица (Конек-горбунок, хореография А. Ратманского), Параша (Медный всадник, хореография Ю. Смекалова), Кардуча (Пахита хореография Ю. Смекалова, реконструкция хореографии Мариуса Петипа), балеты Джорджа Баланчина Драгоценности (Рубины), Аполлон, Симфония до мажор и Сон в летнюю ночь.

Рената Шакирова: Русский балет

В балете Инфра (хореография МакГрегора, партнер — Кимин Ким). Фото Андрея Успенского.

Рената, вы недавно побывали во Владивостоке, где выступали на Приморской сцене Мариинского театра. Какие впечатления и популярен ли балет на Дальнем Востоке?

Это моя вторая поездка, ровно год назад я там была на фестивале. В этот раз мы привозили балет Конек-Горбунок, и я танцевала Царь-девицу. Сцена большая, совершенно новая.

В плане оснащения все очень удобно. И зрители очень тепло принимают! Когда видишь отдачу в зале, все становится легче.

На Приморской сцене это чувствуется. Когда мы ездили в прошлом году (тогда было больше времени погулять, посмотреть Владивосток), все в городе знали про фестиваль. Даже в кафе, в магазинах нас спрашивали: А вы случайно не приезжие? — Да. — А откуда? — Из Санкт-Петербурга. — А, вы на фестиваль! Они знали, интересовались, говорили, что придут, что у них уже куплены билеты.

Так что Дальний Восток любит балет! И мы привозим разные спектакли.

В прошлом году была классика, в этом году — Ратманский, современный балет.

Получается, что летом у вас много работы — спектакли в театре, гастроли… Вообще лето балерины — какое оно? Рабочее или все-таки есть время на отдых?

Когда мы еще учились в Академии русского балета имени Вагановой и каникулы были два месяца, поначалу мы были безумно рады лету, планировали — кто на море, кто домой… Но с каждым годом все лучше понимали: чем больше мы отдыхаем, тем труднее нам восстанавливаться. Я чувствовала сама, по своему телу — я могу неделю просто отдыхать, а потом тело требует движения. Поэтому отдых получается активный.

И я очень рада танцевать в театре до самого последнего момента. Кто-то имеет возможность выходить в отпуск раньше, но я всегда танцую до последнего и самая ранняя пташка, которая выходит.

Летом спектаклей очень много. Прошел фестиваль Звезды белых ночей, были новые постановки, а завершением сезона стали масштабные гастроли в Лондон.

У нас примерно три недели был безумный график.

Что вы танцевали в Лондоне?

Главную партию в балете Дон Кихот — Китри, па де труа и двойку лебедей в Лебедином озере, балет Инфра МакГрегора, трио теней в балете Баядерка…

Когда вы только выпускались из Академии русского балета, вы уже танцевали на сцене Мариинского театра. Амура в том же Дон Кихоте, даже Рубины Баланчина…

Даже ездила на гастроли с театром! Я была еще ученицей, и это был мой первый Лондон — три года назад.

Когда на вас возлагались большие надежды и сравнивали с Дианой Вишневой, это мешало или наоборот помогало?

Это не мешало, но это была ответственность — мне, ученице, доверяли такие сложные партии. И впервые ученицу позвали на гастроли с театром.

Юрий Валерьевич (Фатеев, исполняющий обязанности заведующего балетной труппы Мариинского тетра) меня позвал. И, конечно, было очень страшно.

Хотелось показать себя не просто ученицей, а уже артисткой.

Есть рецепты, чтобы не волноваться на сцене? Что вы делаете перед спектаклем?

Рецепт — много репетиций (смеется). Если я знаю, что у меня было достаточно репетиций, процент волнения падает. Еще, наверное, настрой.

Это может быть подготовка к спектаклю, к образу. Танцевать Дон Кихот — это почувствовать себя настоящей Китри, посмотреть другие балеты, вдохновиться, прочитать что-то про это время… Тогда уходит волнение. Тогда не думаешь о том, что у тебя первое выступление или сложные технические элементы.

Зритель чувствует, где настоящие эмоции, а где человек играет, поэтому хочется передать образ.

Рената Шакирова: Русский балет

В балете Рубины. Фото Андрея Успенского.

Некоторые артисты балета говорят, что не любят смотреть записи с другими исполнителями — они боятся начать копировать кого-то на сцене…

Копировать неправильно, но какие-то моменты можно пробовать. Перед новой партией я смотрю много разных версий спектакля, разных балерин, и мы с моим педагогом Маргаритой Гаральдовной Куллик работаем и смотрим, что мне подходит, а что мы ищем дальше.

От каждой балерины я могу взять что-то, что мне ближе. А копировать — это неправильно. Это то, как чувствует та балерина.

Это становление — искать себя. Интересно еще, что каждый спектакль непохож.

И настрой бывает разным, даже погода влияет (смеется).

Есть ли интриги в театре или это стереотип о том, что в балете всегда присутствуют интриги?

Мне сломали стереотип, когда меня еще ученицей позвали танцевать в театре, и я постирала пуанты Gaynor Minden, а они сели. И девочка, которая танцевала эту же партию в другом составе, подходит ко мне и говорит: Слушай, Ренат, у меня такой же размер, хочешь, я тебе свои пуанты дам?.

Для меня это было шоком. Но я поняла, что как ты относишься к людям, так будут относиться к тебе.

Рената Шакирова: Русский балет

В Петербурге. Фото Андрея Петрова.

Кто вам нравится из балерин старшего поколения?

В Академии для меня эталоном была Диана Вишнева. Многие говорят, что я на нее похожа. Может быть, что-то есть схожее… Когда я поступала, у меня не было таких феноменальных данных.

Мне приходилось трудиться. И мне рассказывали, что Диана Вишнева тоже много чего добилась своим трудом.

Это было для меня эталоном, тем, к чему я стремилась. И, конечно, Ульяна Вячеславовна Лопаткина. Когда я увидела ее на сцене вживую, это была магия.

Каждый ее жест проработан до кончиков пальцев. На сцене не видно при этом, что она работает, это в ней самой.

Также многие говорят мне, что я похожа на Нинель Кургапкину. Но если говорить про балерин XX века, то и у Кургапкиной, и у Майи Плисецкой, и у Натальи Дудинской актерское исполнение на такой высоте! Сейчас все сложнее в техническом плане — мы и поднимаем ноги выше, и у нас такие трюки, которые не делали раньше.

Но насколько в этих записях яркие образы! Каждая балерина была в своем стиле. Были еще различия — кто-то исполнял романтические балеты, у кого-то образы были яркие, энергичные.

Сейчас мы, конечно, исполняем разные партии, мы разноплановые артисты, но актерское мастерство и умение передать стиль надо брать у балерин прошлого поколения.

Сейчас вопрос об амплуа тоже бывает актуален. Вас всегда считали темпераментной, технически крепкой балериной, а есть какие-то лирические партии, о которых вы мечтаете?

Да, есть. И да, я всегда чувствовала себя энергичной, и Китри была моей мечтой, потому что это огонь на сцене, когда все загорается вокруг.

Когда я только пришла работать в театр, мне дали танцевать Китри, и я была безумно рада, исполнилась моя мечта. А дальше, в феврале, у меня в расписании стояла партия Джульетты. Это уже драматический балет, совсем другое.

Я боялась и думала: Как же, как же подготовить?. Но когда я начала работать, мы поняли, что это мое.

Следующей партией была Параша в Медном всаднике, и стало понятно, что это тоже мне подходит. Многие говорили: Это настоящая русская душа!.

Мне было очень приятно, и я поняла, что не надо себя недооценивать. Надо пробовать. Может быть, я сейчас открою для себя еще что-то новое.

Из лирических партий хотелось бы станцевать Жизель. Там два акта совершенно не похожих друг на друга.

У вас уже огромный объем ролей за два сезона в Мариинском театре, есть что-то любимое?

Сложно сказать. Я люблю Джульетту. Это драматический балет, и в каждом акте свой замысел, своя идея.

В третьем акте пик эмоций, когда юная Джульетта противостоит своей семье. Для меня это так интересно, потому что в то время юные девушки не могли сказать нет своему отцу, пойти против своей семьи ради любви. Вся эта история меня завораживает.

Я очень люблю эту партию. То же могу сказать про Парашу, Прасковью в Медном всаднике.

Русская девушка, которая любит, она чиста и открыта, в ней нет лжи, фальши — такой интересный образ! Я люблю каждую партию. Сейчас была премьера Пахиты, я танцевала Кардучу — это коварная девушка, которая пытается заполучить Андреса, главного героя.

Все образы для меня уникальны и любимы.

Рената Шакирова: Русский балет

В балете Лауренсия. Фото Андрея Успенского.

А что было самым сложным?

Наверное, Дон Кихот. Это было начало сезона. Мы поехали в Америку, были гастроли.

И совпало так, что было очень много работы. Я совмещала: утром спектакль, днем репетиция, вечером спектакль и другая партия.

Сложный график. И после приезда оставалось буквально 10 дней на подготовку. А перелет тяжелый.

Мы прилетели, на следующий день репетиции… Я стою и не понимаю. Мне делают замечания, я говорю: Да. Да, сейчас исправлю!.

Потом поворачиваюсь к партнеру (я готовилась с Кимином): Подожди, что мне сейчас сказали?. Педагоги заволновались, говорят: Надо отказываться!.

Но потом успокоились, через 2 дня прошла акклиматизация, я собралась, и мы очень упорно работали. Я говорю: Все, у меня нет сил!.

А мне: Нет, давай дальше, дальше!. В такие моменты думаешь: Все, я сейчас упаду!. А потом щелчок — и раз, второе дыхание.

Хотелось показать спектакль на уровне. Тяжелые гастроли были позади, и не хотелось понижать планку. Хотелось ее только поднимать и поднимать.

Это подбадривало и давало сил.

Во время гастролей, я так понимаю, всегда сумасшедший ритм. Город никогда посмотреть не удается?

Нет, бывают свободные моменты. Свой первый Лондон я очень хорошо запомнила.

Так как я была тогда еще ученицей, было не так много спектаклей и удавалось гулять, наслаждаться городом, музеями. Я веду активный образ жизни и люблю много гулять. Даже когда настраиваюсь перед спектаклем, люблю погулять немного.

За день до спектакля — чуть-чуть отвлечься, посмотреть город, погулять в парке, на велосипеде покататься, встретиться с подругами. У меня есть подруга, которая не в театре работает, — с ней поговорить, провести время удается.

Получается, что рецепт от выгорания — это прогулки и общение с друзьями. А есть еще какие-то хобби, на которые вы отвлекаетесь?

Я люблю все делать своими руками. Началось это с того, что на одну партию мне нужна была диадема.

В Академии или не было, или она мне не подходила, и я подумала, что сделаю сама. Мне говорят: Как сама?! — Ну, а почему бы и нет? Так я начала делать сама диадемы.

Я люблю шить, вышивать бисером, делать прически. Сейчас даже выучилась на визажиста и могу профессионально сделать макияж. Это, конечно, удобно для сцены.

Много занятий, остается находить на все это время (смеется).

Рената Шакирова: Русский балет

Фото Андрея Петрова

Было когда-нибудь желание что-то изменить в костюме — что-то пришить или наоборот убрать?

Было, конечно. Даже получилось однажды, что надо было выступать и не было костюма, и я его сама сшила.

Для какой партии?

Это было в отпуске, нас пригласили станцевать. Я танцевала адажио из балета Кармен-сюита и сама сделала красный купальник с юбочкой.

Нашла ткань, сделала выкройки и дома на швейной машинке сама сшила себе костюм.

А обычно в театре все шьется в костюмерном цехе? Как все это происходит?

Когда исполняешь первый раз какую-то партию, костюм сначала идет из подбора. И в дальнейшем могут сшить новый костюм.

И если совсем ничего не подходит, тоже шьют новый костюм.

Бывала так, чтобы вы танцевали в костюме, в котором до этого на сцену выходил кто-то из любимых артистов?

Да, в Дон Кихоте танцевала в пачке Жени Образцовой.

Вопрос по поводу вашего телевизионного опыта. Когда вы только выпустились из АРБ и были приняты в Мариинский театр, вас пригласили поучаствовать в телевизионном конкурсе Большой балет.

Чем отличался этот опыт от театральных спектаклей? Это проще или тяжелее — танцевать на камеру?

Все, что в первый раз, всегда кажется сложнее. Для меня это был необычный опыт.

Бывало до этого, что на спектаклях снимали или приходили на репетиции — так что с камерой мы были знакомы. Но это было совершенно другое. В студии построили сцену.

Не было зрителей, было только жюри. Не могу сказать, что у меня был большой опыт участия в конкурсах.

Это было буквально два раза — Гран-при Михайловского театра и конкурс Русский балет в Москве. Но это было в театре со зрителями.

А здесь нет зрителей, перед нами только жюри. Конечно, было очень сложно.

Много камер, и стедикам, которые за тобой ходят (смеется). Ты танцуешь Лауренсию, думаешь: Вот, это Испания!.

А перед тобой камера проезжает.

И у меня было меньше опыта, чем у других участников. Из молодых был Юра Кудрявцев (Юрий Кудрявцев — артист Красноярского государственного театра оперы и балета), но он уже год к этому времени работал в театре, то есть выходов на сцену было много.

А мы в Академии готовились к выпускным спектаклям, к экзаменам — это больше была работа в зале, чем на сцене. В Академии какую-то партию готовили месяц, а в театре могут быть три репетиции — и ты должен выходить. Бывало даже в Баядерке в трио теней, что мы не могли соединиться с девочками.

Я репетировала одна, а на сцене — все, мы втроем. И должны синхронно исполнить.

Вот такого опыта у меня было намного меньше. От этого волнения было больше, чем у других участников.

Потом поняла, что в театре выходить намного проще (смеется).

И график! В театре мы знаем, что в 7 часов начнется спектакль, мы выйдем на сцену. А на съемках бывает так, что начало подразумевается в 7, а выход только через час.

Настраивают свет, идет обсуждение других участников… Нет таких границ. Одни могут выступить за час, другие — за полчаса.

И ты находишься в таком напряжении из-за того, что не знаешь, когда выйдешь! Тело должно быть в тонусе, должно быть мягким, потому что тебе надо выполнять сложные элементы и не забывать об образе.

Сложно, что ты все время в напряжении.

К тому же зрители видели, что конкурс идет каждую неделю, но у нас это было немножко по-другому. Иногда у нас было три дня съемок подряд и пару дней отдыха.

За очень короткое время мы отсняли эту программу.

Петербург, который изначально не был для вас родным городом, успел стать родным?

Да. Он мне понравился с первой поездки. Многих этот город завораживал своей красотой. Кто-то говорит, что погода ужасная… Но ко всему привыкаешь и к погоде тоже!

Он стал для меня родным. Когда гуляешь, представляешь себе XIX век. Даже театр — когда выходишь на сцену, представляешь, как когда-то император, императорская семья приходили, и это было событием в жизни театра.

Эта атмосфера меня притягивает. И то, что мы с малых лет участвовали в спектаклях, начиная с детей в Вальсе цветов в Спящей красавице, сделало театр родным. Это то, что меня согревает, дает мне силы, энергию и счастье.

Счастье от того, что ты на сцене, что долго работаешь над какой-то партией и исполняешь ее так, как ты хочешь. Когда педагог говорит: Ренат, я сегодня не смотрела на технику, я смотрела спектакль!.

Это для меня бесценно.

Да, для меня Петербург стал родным. Я люблю путешествовать, открывать новые города, но люблю возвращаться в этот город.

Рената Шакирова: Русский балет

Фото Андрея Петрова

А какие любимые места?

Всегда по-разному. Люблю гулять по Дворцовой набережной, люблю путь от дома до Академии.

Сейчас прихожу в Академию, навещаю педагогов — Татьяну Александровну Удаленкову, Галину Александровну Еникееву, Николая Максимовича Цискаридзе.

Если попытаться несколькими словами обозначить, русский балет — что это для вас?

Душа. И за границей многие отмечают, что русский балет — это танец души. Не просто техника, образ, стиль.

Это то, что идет от сердца и от души.

О admin

x

Check Also

Бабуля, испеки мне луну

Она была моим самым дорогим, любимым и близким человеком. Моя дорогая, незабвенная Надежда Артемьевна, моя баба Надя… Небольшого роста, подвижная, худощавая, волосы белые-белые, собранные в пучок и заколотые гребешком. На ...

Баба со скалкой

Вопрос, который, как мне кажется, волнует многих женщин: как найти золотую середину между высказыванием мужчине своих пожеланий (для достижения обоюдной гармонии, то есть и для его тоже пользы) и риском ...

Азиатские мотивы на постном столе

Великий пост длится уже достаточно долго, так что самое время немного разнообразить меню. Многие возразят, что пост — время смирения и ограничений и значит, не следует изобретать изысканных блюд. С ...

Ах, как бы чего не вышло

Лена с детства была умной, задорной, эмоциональной и развитой девочкой. Родители ее любили, хвалили, но не баловали. Наверняка, в чем-то ошибались, но всегда видели (и видят) в дочери больше хорошего ...

Ах, я бедная овечка

Источник фото: avdeeva.livemaster.ru Занимаясь очередным рассаживанием тараканов по местам в своей голове, я нашла там много интересных личностей. В прошлый раз мы познакомились с бегемотиком, а сегодня я вам представлю ...

А я возьму и усложню, или Один раз

По телевизору крутят рекламу с Антонио Бандерасом. Незамысловатый сюжетец: стареющий мачо вступает в некую эмоциональную и физическую связь с едой, они вместе смеются, о чём-то говорят. Но вот обед закончен, ...

Айрис Грейс: девочка с аутизмом, ставшая признанной художницей

Айрис Грейс шесть лет, и у нее аутизм. Когда Айрис поставили диагноз, ее мама твердо решила найти способ достучаться до девочки и сделать все возможное, чтобы Айрис чувствовала себя счастливой. ...

Ах, эта свадьба! Если вы приглашены

Открыт радостный весенний сезон свадеб, и многие из нас начинают получать приглашения от подруг разделить вместе с ними это торжественное событие. К сожалению, в нашей замечательной стране традиция свадебных нарядов ...

Ах, какая мука – воспитывать

«Ах, какая мука – воспитывать», – хочется воскликнуть вслед за Фрекен Бок буквально каждые десять минут. Мозг постоянно сверлит мысль о том, что главное в жизни – это прилично воспитать ...

Айвазовский: 6000 видов моря

Поскольку «Девятый вал» видели все, кажется, что про Айвазовского мы знаем всё. Да и потом, сколько можно смотреть на воду? Но именно её Айвазовский писал всю жизнь. Вообще-то настоящее имя ...

А вы на шкаф залезьте

Есть у меня один знакомый. Назовем его Василий. Василий — верующий, православный. Но мне общаться с ним не очень хочется, потому что все разговоры у него сводятся к одной теме: ...

Ах, целлюлит, целлюлит, целлюлит

Целлюлит — одно из самых таинственных косметологических явлений. Он невероятно портит настроение девушкам и женщинам. Особенно в преддверии сезона отпусков. Атакует, как нам кажется, неожиданно, исподтишка. И совершенно непредсказуемо выбирает ...

Авторитет старших

Мы продолжаем публиковать отрывки из книги «Мама, перестань читать нотации! И ты, папа, тоже!» греческого педагога и организатора «школы родителей» Кики Дзордзакаки-Лимберопулу, перевод которой выполнен монахиней Екатериной специально для портала. ...

А тому ли я должна-то

Хорошо придумали англичане. Сколько же у них глаголов долженствования – для любого нюанса этого состояния… А у нас – как обухом по голове: я должна. Слушаться старших, делать уроки, любить ...

Астрид Линдгрен изменила мою жизнь дважды»

Когда Саре Швардт было 12 лет, она написала письмо Астрид Линдгрен. Вместо открытки со стандартным текстом писательница отправила ответное письмо. Единственная сохранившаяся из него фраза: «То есть хорошие фильмы — ...

А ты роди дитя

Берегите слезы ваших детей, дабы они могли проливать их на вашей могиле. Пифагор Однажды мне было двадцать лет, я была молодая жена, я жила в собственной квартире с собственным мужем, ...

Рейтинг@Mail.ru