Главная 16 Женские штучки 16 Быть родителем

Быть родителем

Быть родителем

В семье родился малыш. Родился и вместе ни с чем несравнимой радостью принес множество вопросов.

Что это за существо, так похожее на меня и одновременно совсем другое? Поймем ли мы с ним друг друга? Что я должен ему дать?

Буду ли я хорошим родителем, что для этого нужно?

17 июля в Московской школе христианской психологии открывается психологическая мастерская «Философия и психология родительства». Ее проводит Алексей Лызлов, кандидат психологических наук, сотрудник МПИ святого Иоанна Богослова.

Мы попросили Алексея рассказать «Матронам» о замысле мастерской.

Быть родителем

Алексей Лызлов с сыном и дочкой

Мой замысел состоял в том, чтобы обсудить родительство, начиная с самых основ.

Важным моментом для меня является то, как родитель может относиться к ребенку, начиная с того момента, когда рождение малыша только ожидается. Ведь это отношение может быть очень разным.

С одной стороны, мама или папа могут надеяться в лице ребенка продолжить что-то, важное для них самих. Могут относиться к нему, как к «недоделанному» существу, которое нужно еще сформировать, или же как к существу глубоко непонятному.

Некоторые родители бывают всерьез дезориентированы появлением на свет младенца: «Как с ним общаться? Как понять, чего он хочет?!»

На мой взгляд, очень важно при подготовке к родительству помнить о том, что на свет появляется не «материал моих влияний и воспитаний», нет — рождается новый человек, со своей неповторимой душой.

Первая тема, вокруг которой строится разговор на этом курсе: ребенок как «другое ты». Этот маленький человечек, готовящийся родиться, — не моя проекция, а тот, кому я могу говорить «ты» и кто мне будет говорить «ты».

Рождается другая личность, и это совершенно удивительно. Да, он совсем кроха, но ты уже узнаешь в нем нечто единственное и неповторимое, узнаешь уже по тому, как он движется в животе матери, на что отзывается. Мой сын, например, очень живо реагировал на ритмические мелодии, еще будучи в утробе: тут же начинал двигаться, «пританцовывать».

И действительно, сейчас он очень хорошо чувствует музыку: импровизирует, подпевает, танцует. И в этом чувствуется не просто какая-то черта, чувствуется стильто, через что личность, единственная и неповторимая, дает себя видеть очень ясно.

И по мере взаимодействия с ребенком ты узнаешь его все лучше и лучше.

По сути, родитель не только воздействует на ребенка — он постоянно с ним знакомится, как с любым близким человеком, другом или интересным тебе писателем и художником. Различие только в том, что это не другой взрослый — это ребенок.

Ему только предстоит пройти те этапы, которые ты уже миновал, но ты не можешь напрямую перенести свой опыт на него. Это возможно только в диалоге, потому что ребенок отличается от тебя.

Я сам понимаю это на каждом шагу (у Алексея маленькие сын и дочь. — Ред.). Даже дочери, хотя по характеру мы с ней более схожи, чем с сыном, я не могу попросту «передать все свое».

Вот такой диалог, возникающий с самого начала между родителем и ребенком, позволяет очень внимательно и сообразно самому ребенку выстраивать взаимоотношения и давать ему то, что он способен взять. Говорить с ним на том языке, который он способен услышать.

Но это — постоянный труд. Ты не можешь увидеть мир его глазами и из раза в раз оказываешься в творческом тупике!

То, что меня убедило бы в детстве, для сына совершенно не убедительно. Напротив, то, что мне показалось бы недостаточным, оказывается ему в самый раз.

Когда я не могу его угадать — это самый интересный, тяжелый и творческий момент.

И задачей-максимум нашего небольшого курса было бы помочь участникам группы подступиться к такому диалогу со своими детьми.

Как всякая большая задача, эта задача невозможная. Все настоящее — невозможно: настоящее искусство, настоящая любовь, по-настоящему глубоко прожитая жизнь. И тем не менее все это есть.

Самые насущные человеческие задачи нерешаемы, но именно поэтому и стоит их решать.

На практике задача услышать своего ребенка тоже бесконечна, но тем самым и обнаруживается, что она подлинно серьезна. Серьезные задачи — бесконечны.

Сколь бы хорошо мы ни слышали ребенка, мы никогда не можем сказать, что наше слышание абсолютно чисто, что мы сами совершенно открыты ему и в то же время являемся до конца самими собой.

И здесь возникает еще одна важная тема. Если мы не являемся самими собой (или не движемся к этому), то не сможем услышать другого в его подлинности.

И это вещи взаимосвязанные: мы не можем быть собой без другого и не можем услышать другого, не будучи самими собой.

Ребенок — это радость. Это такое существо, к которому невозможно относиться без трепета.

Ты думаешь о малышах, они тебя встречают, когда ты приходишь, ты общаешься с ними, укладываешь их спать, и каждое мгновение — это радость и настоящая школа благодарения. И вот еще один важнейший момент о родительстве: первичные отношения, которые важно сохранить между родителем и ребенком, — это отношения дарения.

Дара и ответного дара. Начиная с того, что ребенок получает дар жизни просто так.

С точки зрения верующего человека, это дар Божий, участие в котором принимают родители.

И участие это очень серьезно. Телесно серьезно — со стороны матери.

Вынашивая ребенка, мать самим своим телом как бы говорит ему «будь», соучаствует в дарении ему жизни.

Ребенок родился, он жив, он есть. За этим стоит материнская любовь, принятие, труд, в том числе на уровне, который гораздо глубже сознательного.

Отец как будто не слишком участвует в этом труде. Но если семья любящая, то труд отца не менее конкретный, насыщенный, полнокровный.

Муж на этом этапе постоянно заботится о своей жене, и эта забота очень трогательная, совсем иная, чем была до этого. Участие мужчины очень важно.

Без его поддержки женщине трудно проходить период беременности и ожидания ребенка.

Родители одаривают малыша любовью, заботой, ожиданием… и что они встречают в ответ?

Малыш одаривает их. Первая его реакция на взрослых — комплекс оживления. Он реагирует всем существом, ликует телесно, радуется, веселится тому, что ты пришел.

И это тоже любовь. Мы дарим друг другу не что иное, как самих себя.

Приведу мой любимый пример из Клода Леви-Стросса, знаменитого французского антрополога. Часто в провинциальных французских ресторанах на стол посетителю ставится бутылка простого вина. И вот сидят два человека, им скучно в одиночестве, и один из них берет эту бутылку и подливает вина другому, а тот делает то же самое со своей бутылкой.

Вина осталось столько же, но произошло дарение. Чем они одаривают друг друга?

Общением. Самими собой. Важно, что есть я и ты.

И мы друг друга можем одарить — присутствием, беседой.

И ребенок может одарить как никто — открыть мир по-новому, фантастически расширить восприятие. А главное, ты узнаешь в этом его, своего любимого сына или любимую доченьку. Скажем, мой сын постоянно обнаруживает, что в каждой вещи заключен целый мир.

Вот он исследует ложку. Конечно, ложкой прежде всего едят. Но, кроме этого, она может и звенеть, и стучать, и падать на пол, ей можно плескать воду — что только нельзя делать с ложкой!

И я со своим более шаблонным мышлением, который думает, что ложкаэто предмет для того, чтобы класть в рот еду, вдруг узнаю, какая это на самом деле удивительная и многосторонняя вещь!

И так происходит на каждом шагу, если ты внимателен к ребенку как к другому человеку.

Отношение дара и ответного дарения фундаментально. Когда эти отношение замутняется, исчезает любовь.

Кажется, с этим поспорить трудно, когда речь идет о малышах. Они представляются милыми и умилительными, особенно тем, кто еще не имел с ними дела, или тем, у кого этот этап уже давно пройден.

Но вот ребенок растет, становится школьником, потом подростком — и уже окончательно перестает быть умилительным, удобным и «хорошим». И можно усомниться, сохраняется ли эта радость тогда.

Но дело в том, что ребенок никому не обещал быть удобным.

Вот моему сыну 3 года, ему надо все «делать самому» (к слову, кризис 3-х лет не менее радикален, чем кризис подросткового возраста). Как-то он залез в машину и хотел сам за собой закрыть дверь.

А я совершил ошибкуя этого не понял и закрыл дверь сам. В течение следующих 20 минут я выслушивал рев, возмущение, негодование: «Я хотел сам!!»«Давай мы остановимся, я открою дверь, и ты ее закроешь сам?»«Нет, я хотел сначала сам!» Потом бунт стихает, но еще около часа он вспоминает этот эпизод и жалобно протягивает: «Я хотел са-ам…».

Ребенок может плохо спать, капризничать, вредничать, на то он и другой человек. Люди не обещали быть удобными друг другу!

Но если это любимый малыш, то радость в конце концов покроет все.

Напряжение, которое испытывают родители, зачастую связано с их собственными психологическими трудностями.

Взросление — это процесс постепенной сепарации ребенка от родителей, роста его самостоятельности. В конце концов он становится взрослым и может жить самостоятельной жизнью. Трудности начинаются, как только родитель перестает воспринимать его как другого человека.

Если ребенок — это только мое «продолжение», осуществление моей мечты, моих надежд и желаний, тот, который повысит мой собственный социальный статус, став успешным выпускником престижного вуза, то ребенок неизбежно начнет своей жизнью опровергать родительские «планы», потому что он не чья-то проекция, он другая личность. И возмущение родителя ожидаемо: «Ты все делаешь не так, неправильно! Ты должен быть другим!»

На мой взгляд, надо любить свободу человека больше, чем свое видение ситуации. Действовать так, как поступает отец блудного сына в Евангелии. Отец едва ли был рад выбору своего ребенка, но он отпускает его и дает пройти весь путь до конца.

Только поэтому в конце возможной оказывается радость встречи.

Если ты не любишь другого в его свободе, тебе будет тяжело. Если же тебе интересен ребенок как человек, и в сильных, и в слабых сторонах, и в падениях, и во взлетах, то будет иначе — может быть, тревожно, больно или горько, но опытом разочарования это не станет. Это будет опытом любви.

А любовь не может быть без радости — она несет в себе ее зерно, даже когда ты болеешь душой за другого и не согласен с ним.

Может показаться, что при таком воспитании родитель никогда не может сказать ребенку «нет». Но это, конечно, не так.

Когда младенец пальцем тянется к розетке или к газовой духовке, или лезет через перила балкона, другим словом, когда существует прямая опасность для жизни — звучит четкое «нет». Причем обоснованное: ребенку важно говорить, почему это опасно, а в некоторых случаях можно показать — «здесь горячо, не лезь».

Возьмем такую ситуацию: старшекласснику нужно готовиться к поступлению в университет, а он и в ус не дует. Мать всеми правдами и неправдами пытается заставить его взяться за голову, ведь она понимает, что его ждет без хорошей профессии.

Разве это не единственно верный путь в данном случае?

Но для меня как отца такое поведение совершенно немыслимо.

Современный мир очень мобилен, это не готовая система, в которую надо встроиться (и горе тебе, если ты не сумел этого сделать!). Человек может найти свое место в мире, создав авторский проект или новое направление в каком-то виде деятельности.

Какая фатальность в том, чтобы не поступить в первый год или не пройти по конкурсу в престижный вуз? Мне кажется, человек должен искать.

Если у него не горят глаза и при этом он понимает все риски (состоящие, например, в службе в армии) и идет на это осознанно, почему надо становиться у него на пути?

Для меня было бы странно не доверять. Я как родитель хотел бы, чтобы мои дети учились, но я не могу заставить человека со мной соглашаться.

Мне было бы приятно, если бы мы с ними могли в непринужденной обстановке поговорить о том, что они думают о дальнейшем пути. И мне интересно было бы их услышать, как они видят этот путь, и рассказать, как вижу его я.

В итоге я бы лучше понял своего ребенка, а не «продавил» бы свое.

У нас в обществе достаточно силен страх никуда не устроиться, не попасть, не занять своего места. И этот страх, по сути, рабский. Мы не привыкли смотреть на человека как на самостоятельное существо, которое выстраивает свою жизнь творчески и свободно.

Который к «месту под солнцем» относится с большой мерой ответственности, поскольку он связан с другими людьми, но не как к тому, что определяет его жизнь целиком и без остатка. Он радуется, если это внешнее совпадает с его внутренним, и ищет чего-то другого, если это внешнее — не совсем его.

Очень важно, чтобы молодые люди чувствовали эту самостоятельность, брали на себя инициативу и риски творчества. Без этого «замеса» мы рискуем погрузиться в новый тоталитаризм, другой по форме, но тот же по сути.

Мой подход к воспитанию ориентирован на воспитание человека, который сам является инициатором того, что он делает. Который свободен.

Евангелие учит ценить свободу, стоять в ней, любить ее. Если всерьез задумываться над тем, что говорит Христос, к чему призывает апостол Павел, свобода занимает одно из главных мест.

Мы видим, что Бог с потрясающей бережностью относится к свободе человека. Фактически Он отпускает его на тот путь, который ведет к смерти, но при этом Он Сам до конца верен и готов пройти (и идет) за человека на смерть.

Как из этого не научиться ценить и любить свободу другого?

Как человек, я нахожусь в еще более деликатной ситуации. Бог — знает, а я — предполагаю.

Тем не менее, я решаюсь доверять свободе другого человека.

Если с ребенком у нас изначально любящий диалог, велика вероятность, что он, по крайней мере, услышит меня и задумается. Но мне хотелось бы, чтобы он, задумавшись, пропустив сказанное через себя, принял свое решение.

Не потому, что «папа сказал, а сын услышал и покорно сделал».

Моя помощь будет состоять в том, чтобы подарить ребенку свое видение. Именно подарить, не требуя мое видение принять.

Отец блудного сына, отпустив своего ребенка, не ушел в сторону, он был с ним весь его путь за счет того, что носил его в сердце. Вспомните картину Рембрандта! Это путь страданий для отца.

Но он не бежал за младшим сыном, потрясая кулаком, и не орал: «Вернись домой!» Он сидел и ждал, пока сын придет назад. А когда тот пришел, был пир.

Это квинтэссенция отцовской позиции.

Порой родителю кажется: я вкладываю в ребенка все, что могу, стараюсь изо всех сил, а на выходе — совсем не то, чего можно было бы ждать. Почему же эта «схема» не работает в жизни?

Я бы сказал так: это неизбежно, ведь ребенок — это не банковский счет. Я дарю.

И если я доверяю его свободе, то мой дар — это мой дар, ничего больше.

Представьте: пришел человек и подарил мне что-то. Для меня будет странно, если он потом будет проверять, что я сделал с его подарком.

Подарил и подарил, от чистого сердца, и этим дар дорог.

Если мы относимся к тому, что даем детям, как ко вкладу, то совершенно точно разочаруемся. Если мы просто дарим, любя и ничего не ожидая за это получить, то радость наша умножится.

Что я сам хотел бы для своих детей?

Как отец, я хотел бы, чтобы мои дети прежде всего научились быть самими собой и не бояться этого. Не терять себя, даже если для этого понадобится подвиг.

Чтобы они имели возможность, если я недостаточно их слышу и делаю что-то, что уводит их от самих себя, сказать: «Нет, это не наше, мы так не хотим!» Я очень ценю это.

Сейчас чаще подобные ситуации возникают с сыном. Я пытаюсь ему что-то внушить и вижу сопротивление. Он не поддается.

И он меня учит. Да, я кипячусь, потому что мне было бы удобно вот так, но это просто эгоистическое удобство.

Нет, здесь я должен выдержать паузу, посмотреть, что «идет» с его стороны, и тогда на это отвечать.

Это очень хорошо, когда ребенок не теряет сопротивляемости. Иначе он рискует вырасти человеком, который не знает, чего он хочет — какой путь избрать, что его, а что не его.

Мы видим, сколько вопросов встает, как только мы прикасаемся к теме родительства. И это вопросы, которые не имеют единственно верного ответа, но которые могут быть и являются предметом серьезного разговора, где, как и во всяком разговоре, возможны разные позиции. Моя позиция, наверное, в общих чертах стала понятна тем, кто прочитал эту статью.

Но, разумеется, много важных и интересных вопросов остались за ее рамками.

Тех, кто хочет подробнее погрузиться в тему родительства, обсудить ее, быть может, о чем-то поспорить, я приглашаю на свою мастерскую.

Эта мастерская может вас заинтересовать, если:

роль родителя кажется вам неизведанной зоной, новой и немного пугающей

вы хотели бы научиться лучше понимать своего ребенка

вы хотели бы привнести в родительство творчество

вы боитесь, что не сможете стать «хорошим родителем»

вы хотите избежать ошибок собственных родителей, но не знаете, как это сделать.

Познакомиться с программой мастерской «Философия и психология родительства» и зарегистрироваться можно по ссылке. Начало занятий — 17 июля.

О admin

x

Check Also

Чан или кран

Один из постоянных читателей Матрон.Ру прислал нам эту курьезную крещенскую историю, приключившуюся сегодня с ним и его мамой. Не могли не поделиться! «Ходил сегодня за святой водой. Отправился в новый ...

Cемейное путешествие: Саки – прохлада моря, жар степи и лечебные грязи

Саки – небольшой курортный городок неподалеку от Евпатории, прославившийся благодаря одноименному грязевому озеру. Это одно из самых приятных и в то же время доступных мест отдыха в Крыму. Мы поехали ...

Цена жизни

… Из-за разобщенности у жителей мегаполиса появляются новые представления о том, кого считать своим ближним. Хорошо, что родственники, друзья еще продолжают восприниматься как ближние. А соседи в большом городе уже ...

Цель, которой страшно достигнуть

Когда девушки жалуются, что у них не получается выйти замуж, я начинаю их расспрашивать: а расскажите, пожалуйста, какая, на ваш взгляд, жизнь должна начаться у вас после свадьбы? Что изменится ...

Cемейное путешествие: озера и костелы Беларуси

Найти информацию об интересных и удобных для семейного отдыха местах России или ближнего зарубежья порой труднее, чем о заграничных курортах. Предлагаю рассказ о прошлогодней поездке в один из национальных парков ...

Царский путь с вербами в руках

Приближается праздник Светлого Христова Воскресения — Пасха. Формально – закончился Великий пост, еще в пятницу. Всего неделя осталась до того момента, когда православные будут приветствовать друг друга радостным восклицанием: «Христос ...

Быть собой нельзя измениться

Мы живем в обществе людей, нацеленных на успех. И все пытаемся этому соответствовать, зачастую даже не осознавая. С детства в нас загружаются образы успешных людей, героических поступков, недюжего ума, причем ...

Бывают странные сближенья…

Христианская Церковь знает множество «парных» святых. Это и супруги Петр и Феврония, и братья Борис и Глеб или Кирилл и Мефодий, и даже не знакомые друг с другом при жизни ...

Бюджетный вопрос

Совсем недавно, в отпуске, за ужином в прибрежном ресторанчике, мы случайно услышали разговор сидящих за соседним столиком супругов-итальянцев с двумя детьми. В память мне особенно врезалась его раздраженная фраза: «У ...

Быть слабой

Сегодня речь пойдёт вот о чём… Хотя, всё по порядку. Читая Роберта Рождественского: Будь, пожалуйста, послабее. Будь, пожалуйста. И тогда подарю тебе я чудо запросто. И тогда я вымахну — ...

Быть родителем для самого себя

На днях я стала думать о людях из своего прошлого, и передо мной всплыли воспоминания об одной интересной личности. Итак, была у меня удивительная знакомая… нет, конечно, она и сейчас ...

Быт или не быт – вот в чем вопрос

Снова наступил февраль, открыв сезон семейного и корпоративного празднования и поисков подарков. Опять Интернет пестрит шутками на тему того, как «мужчины ждут очередной шампунь на 23 февраля, а женщины – ...

Бывают ли всезнающие и непогрешимые родители

Мы продолжаем публиковать отрывки из книги «Мама, перестань читать нотации! И ты, папа, тоже!» греческого педагога и организатора «школы родителей» Кики Дзордзак а ки-Лимбероп у лу, перевод которой выполнен монахиней ...

Быть для всех светильником

Гаснут последние огни, погружающегося во мрак большого города. Всю землю словно окутала тьма. День великого Праздника не властен над умами и сердцами людей, которые пребывают в недоумении и ощущении бессмысленности ...

Бывает ли белой зависть, или Лимонад из очень кислых лимонов

Завистливый человек причиняет огорчение самому себе, словно своему врагу. Не знаю, бывают ли люди, ни разу не переживавшие муки зависти. Но, несмотря на распространённость этого чувства, о зависти не принято ...

Был в темнице – и вы посетили Меня

Святая Анастасия Узорешительница – еще одна девица из сонма христианок-мучениц 3-4 веков. Знатная римлянка, умница-красавица, девственница и олицетворение кротости и стойкости одновременно. Однако есть в ее житии нечто, что не ...

Рейтинг@Mail.ru